Онлайн-библиотека книг
Смысл вопроса был понят правильно. Макаев ответил:
– Род наш происходит от калмыцких князей, поэтому я не ваше сиятельство, а ваше благородие.
– Ясно. А я, как видите, высокоблагородие сообразно чину. О чем хотели поговорить?
– О ближайших планах русского военного командования.
Анисимов и ухом не повел:
– Так вам надо не ко мне, а в ГУГШ. Там все планы.
– Но вы тоже весьма осведомленный человек, не так ли? По должности штаб-офицера для поручений при управлении военных перевозок Северного фронта.
– Имя-отчество мое знаете и род занятий.
– Попали в яблочко, Иван Федорович. Я агент-вербовщик и предлагаю вам хороший гешефт.
Подполковник продолжал сидеть с невозмутимым видом, отхлебывая кофе.
– Смело работаете, – констатировал он. – А пошли в контрразведку? Явка с повинной облегчит вашу участь.
– Вы даже не хотите сначала выслушать суть моего предложения? – так же невозмутимо ответил князь.
– Логично. В контрразведку мы всегда успеем.
Ну-с, излагайте.
Собеседники, похоже, стоили друг друга. Оба улыбались, словно говорили о женщинах или скачках. Что-то их объединяло. Видимо, запах немалых денег, который исходил от обоих…
Макаев сразу взял быка за рога:
– Нам, то есть германскому командованию, интересно знать планы вашей Ставки на осень-зиму текущего года. Еще более интересны планы будущей кампании. Где, когда, какими силами будет нанесен главный удар? Кто предпримет отвлекающий маневр? Как эти планы согласованы с французами и англичанами? За это гешефт самый высокий! Ну и ряд мелочей: состояние резервов, запасы артиллерийских выстрелов, новинки военных изобретений – список длинный.
– Даже в Швеции?
– Там проще всего.
Анисимов сощурился:
– Интересно, чем вы будете меня шантажировать?
– Вот этим, – князь протянул ему ломбардные квитанции.
– Всего-навсего? Но они выписаны не на мое имя.
– Разумеется, вы проявили осторожность.
– Ну, выяснит. И что дальше?
Князь начал волноваться:
– Как что? Скандал. Конец вашей репутации. Офицер-мародер! По законам военного времени знаете, что вам грозит? Разжалуют в рядовые – и на фронт, и это в лучшем случае.
– А в худшем? – флегматично поинтересовался подполковник.
