Вода, кислятина. Нет, надо было брать «Столичную». Хотя хороший мальчик из интеллигентной семьи не привык к водке. Да и нет уже того хорошего мальчика – весь вышел…
– Он меня бил, а потом повалил и зажал руки… Одной рукой две мои… – повторила она тихо.
«Мерло», – подумал Денис. Кислая водичка не принесла ни тепла, ни успокоения, скорее наоборот. Дрожь из пальцев перетекла в колени и поднялась выше. Перед глазами беспрерывно мелькало: Первомайский парк, выстрелы, громадная фигура Курлова, рухнувшая на землю, как фанерный щит в тире.
Сколько раз он выстрелил – четыре? Нет, кажется пять. «Мурло»…
– Почему ты мне сама ничего не сказала?
Она неопределенно пожала плечами.
– Да как-то… Ты не спрашивал толком…
– Врешь.
Она открыла рот, чтобы возразить.
– Нет, врешь, – перебил ее Денис. – И тогда соврала. Ударил… Больше ничего не было. Твои слова. Я запомнил. Потому что не просто так спрашивал. Я боялся потерять тебя.
Голос дрогнул, в глазах защипало. Хотелось заплакать.
Ответ прозвучал, как пощечина:
– Ты мне тоже врал, Денис.
Удивительно красивое у нее лицо. Серебристые с голубой поволокой глаза, будто кто-то бросил монетку в море. Тонкие черты, породистый носик, полные губы, очерченные мягкой и совершенной линией, сводящей с ума. Губы раздвигаются и смыкаются, вытягиваются трубочкой, оттуда вылетают слова. И от этих слов тоже с ума сойти можно.
– …Он все рассказал. Что ты используешь женщин для каких-то идиотских государственных шашней, что ты альфонс на службе у Конторы… Я не могла поверить… И про какую-то Тоньку, которую водил по ресторанам и спал с нею, а сам строчил подробные рапорты на нее, а сейчас она гниет на Лубянке… Дикость какая… И что я тоже понадобилась тебе для каких-то целей… и обо мне ты тоже пишешь в рапортах… как там?.
. «предпочитает классическую позу, оргазм на уровне среднего, представляет для государства умеренный интерес»… Или более подробно?..
Он вдруг почувствовал, что сейчас ударит ее. Не так, как бьют женщин в кино, – пощечина, вскрик, немая сцена.
Нет, по-настоящему. Прямой в лицо. В солнечное сплетение, чтобы вывести из строя на как можно более длительное время, чтобы не слышать. Или…
Нет.
Стоп.
Денис налил себе еще и выпил. Валерия продолжала говорить, ее рот шевелился. Он все это уже слышал, слышал. Ее слова как это кислое мурло, можно хоть цистерну опрокинуть, толку никакого.
– У тебя водки нет случайно? – спросил Денис.
Она замерла на полуслове с открытым ртом.
– Ну что смотришь? Обычная водка.
