Секретные поручения 2. Том 2

– А Рогова Дэ Дэ вы знали? – подчиняясь интуиции, спросил Денис. Часовой клуб, говорите…

– Дмитрия Дмитриевича я, безусловно, знал. Это человек моего уровня и моего круга.

– В каком ресторане вы с ним были?

– Ни в каком. Меня ждут, я должен идти, – сказал Лохманенко, направляясь к двери. – Надеюсь, вы меня не будете задерживать.

Фраза прозвучала двусмысленно, с учетом ожидающих за дверью наручников.

Лохманенко темнил. Его следовало опустить в ИВС, покрутить как следует и расколоть, как говорится, до самой жопы.

Если бы он не был главным конструктором, доктором технических наук и лауреатом Государственной премии, Денис так бы и сделал. Но для крупной рыбины сеть умозрительных доказательств была тонковатой.

– Не буду, – ответил он и вышел.

Роман и Виктор смотрели выжидающе. Денис покачал головой. Следом вышел Лохманенко и с силой захлопнул за собой дверь.

– Хочу вам сказать кое-что на прощание, молодой человек… Я сижу на этом месте не для того, чтобы помнить в лицо всех грузчиков и отвечать на вопросы, связанные с ними.

Я отвечаю на другие вопросы. Куда более серьезные… Будьте здоровы.

Главный конструктор сунул руки в карманы брюк и, наклонившись вперед, словно разглядывая что-то под ногами, быстро пошел по коридору.

– Кажется, мы ему не понравились, – сказал Роман.

Лохманенко остановился в конце коридора у лифта, поджидая, когда подъедет кабина. В их сторону он не смотрел.

– Взаимно, – сказал Денис.

* * *– Девяносто пять идет, не меньше, – сказал капитан Миронов, обращаясь к своему напарнику сержанту Володько.

 – Серебристый, видишь?

– Вижу, – сказал сержант Володько.

– Спор? Ящик пива.

Сержант присмотрелся. Это была хорошая точка, «золотая высота» у Т-образного перекрестка, откуда простреливались все три улицы на несколько километров в каждую сторону. «Крайслер-себринг» двигался в самом начале улицы Освобождения, он только что повернул, почти не сбрасывая скорость, и, судя по звуку, водитель снова вдавил педаль газа в пол.

– Сто десять, – позволил себе не согласиться сержант.

– Стреляй.

– Так ведь все равно – погрешность, товарищ капитан…

– По фигу погрешность. Стреляй.

Сержант уже держал в руке «пистолет» радарного устройства, наблюдая за танцующими на мониторе цифрами. Тридцать пять… тридцать… восемнадцать… двести сорок… двести девяносто… Нахмурившись, он постучал указательным пальцем по кожуху «пистолета».

– Ну?

Капитан уже вышел на проезжую часть, нетерпеливо постукивая жезлом по колену.

– Не понял, – сказал сержант.