Секретные протоколы, или Кто подделал пакт Молотова-Риббентропа

Для нас же эта фальшивая нота интересна тем, что представляет еще одну улику против фальсификаторов «секретных протоколов», и ниточки снова тянутся именно в США. Вполне возможно, что в 1946 г. какому-нибудь американскому политику, дипломату или сотруднику разведслужбы пришла в голову блестящая идея развить сюжет, начатый публикацией в «New York Times» этой газетной утки.

К сожалению, спрятать уши фальшивой публикации уже невозможно. Но давайте обратим внимание на такой факт: никто из «историков», пишущих о «секретных протоколах», не упоминает о публикации в «New York Times», хотя, казалось бы, это самое раннее упоминание о некоем разделе «сфер влияния» между Берлином и Москвой.

Так потому и не упоминают, что умственная убогость авторов этой газетной инсинуации слишком уж бросается в глаза. Если отнестсь к этой публикации всерьез, то чем объяснить то, что до 25 марта 1946 г. абсолютно никто не говорил о нацистско-советском сговоре, о котором Риббентроп якобы сам сознался через американскую газету еще в 1941 г. ?

Как утверждают сегодня «историки», в СССР существование «секретных протоколов» долгие годы решительно отрицалось. На самом деле говорить так будет неверно. Советскому Союзу не было нужды отрицать наличие протоколов хотя бы потому, что вопрос об их существовании никогда и никем официально не поднимался вплоть до конца 80-х годов. Да, начитавшиеся солженицинского бреда диссиденты обсуждали на кухнях всякие сплетни — о том, что Сталин оккупировал Прибалтику, что потери в войне составили 46 миллионов человек, что Гагарин никогда не летал в космос и прочую чепуху.

На Западе «секретные протоколы» воспринимались публикаторами как элемент идеологической войны. Антикоммунисты вроде Черчилля их использовали в своих агитках, лояльные к СССР и просто честные историки их не замечали, но ни те, ни другие не придавали им особого значения.

Все изменилось с началом перестройки.

Миф о преступном сговоре Молотова и Риббентропа, якобы разделившим Восточную Европу между двумя тоталитарными державами, был использован Западом в антисоветской пропаганде в Польше и Прибалтике. Вопрос, что называется, назрел, и власть должна была заявить о своей позиции по этому вопросу. Но кто должен был это сделать? Трусливый Горбачев всю свою карьеру делал только одно — уклонялся от любой проблемы, любого острого вопроса.