Секретные протоколы, или Кто подделал пакт Молотова-Риббентропа

Если копию показали, то почему ее видели не все? Какая часть депутатов не видела? В каком виде показали копию: помахали в воздухе таинственной микропленкой или дали подержать в руках ксерокопию госдепов-ского сборника? Если пусть даже часть депутатов ознакомилась с текстом, почему во время прений никто не апеллировал к нему? Совершенно не ясно из слов интервьюируемого, знакомился ли он сам с содержанием «секретного протокола». Скорее всего, Тихонов сознательно напускает тумана, ибо стесняется признать, что Съезд обсуждал и осудил подписание документа, не имея ни малейшего представления о его содержании.

Далее Тихонов несёт бред, заявляя, что если Литва вернет районы, переданные Литовской ССР в 1940 г. из состава Белоруссии, то Россия соединит свою территорию с Калининградской областью. Во-первых, Литва вернёт территории не России, а Белоруссии. Во-вторых, соединиться по суше с балтийским анклавом у РФ не получится, даже если Литва отдаст обратно всю Виленскую область. Видимо, географический кретинизм — отличительная черта депутатов.

Наконец, в-третьих, Литва не была субъектом советско-германских переговоров в августе 1939 г. и даже денонсация неких «секретных протоколов» ни к чему ее не обяжет. Территориальные изменения Литовской республики регулировались совершенно иными правовыми актами, не имеющими никаких связей с советско-германским Договором о ненападении.

Вообще, как может Тихонов говорить о денонсации протоколов, в существование которых он не верит? Допустим на минуту, что протоколы Молотова — Риббентропа имели место быть.

Поскольку данное соглашение не было ратифицировано в установленном порядке, государство не несет по нему никаких обязательств. Даже если бы «секретный дополнительный протокол» существовал, с юридической точки зрения это были взаимные обязательства Риббентропа и Молотова друг перед другом. То есть денонсировать протоколы могли только они. Если считать пресловутый протокол официальным межгосударственным актом, то он был денонсирован Германией 22 июня 1941 г. И уж совсем не поддается осмыслению откровение Тихонова о том, что сегодня он бы, подобно Алкснису, голосовал за денонсацию несуществующих секретных протоколов, потому что это несет России некую выгоду.

Комментаторы «ЭФГ» тоже умом не блещут. Над их предложением разделить граждан страны на тех, кто может претендовать на занятие выборной должности и тех, кто не обладает такой привилегией, можно, конечно, посмеяться, как над неудачной шуткой.