В район Халле к западу от Ханнесбурга спешным порядком, обтекая городок с севера и юга, наступали воинские части. Восточнее окраины не было ничего, за исключением заброшенной птицеводческой фермы. В те края офицеры уже ходили – предприятие не работало, царили адские запахи, липли перья к сапогам…
Головной мотоцикл остановился. Водитель поднял руку, призывая колонну сделать то же самое. Подразделение было неплохо экипировано: каски, плащ-палатки, автоматы «ППШ» и Судаева. В каждой машине – пулемет.
Ракитин подавил зевоту, закрыл для приличия рот ладонью.
Расслабленной походкой он двинулся к головной машине. С заднего сиденья соскочил подтянутый офицер с погонами старшего лейтенанта, изобразил сухую улыбку. У него было обыкновенное лицо, подпорченное шрамом на подбородке. Старлей небрежно козырнул.
– Здравия желаю, товарищ майор.
– И вам, ребята, не хворать, – согласился Ракитин. – Каких будете? Далече ли путь держите? – Он протянул руку, старший лейтенант почтительно ее пожал.
Бойцы на мотоциклах сидели неподвижно.
Прибывший офицер бегло осмотрелся, окинул взглядом купальщиков, задержал взгляд на лейтенанте Лизе – девушка поднялась, улыбнулась молодому офицеру улыбкой Джоконды (явно давая понять, что в женщине должна быть загадка). Офицер с усилием оторвал от нее взгляд, спохватился:
– Старший лейтенант Суслов, командир взвода 22-го мотоциклетного полка. Заблудились мы, товарищ майор, местность незнакомая, а по-немецки у нас никто не понимает. Это Ханнесбург? Здесь дислоцирован штаб 8-й гвардейской армии?
– Угадали.
– Ракитин добродушно улыбнулся. – Со вчерашнего дня штаб товарища генерала Чуйкова находится здесь. По дороге поедете, два дома, потом увидите пустырь, слева будет бетонный забор, а там во двор заедете и, считай, на месте. С какой целью прибыли в штаб, товарищ Суслов?
– Приказ заместителя начальника штаба генерал-майора Косорукова. Прибыли для усиления комендантской роты. Имеются все необходимые документы. – Рука офицера потянулась к нагрудному карману, коснулась пуговицы.
– Не нужны мне твои документы, старлей, – отмахнулся Андрей. – Кто мы такие – всего лишь пехота, отдыхаем на природе, так сказать, с разрешения вышестоящего начальства. В боях пауза, можем себе позволить. На шлагбауме документы покажешь – они пропустят. На усиление, говоришь, прибыл? Дело хорошее. Мы подкреплению всегда рады, если народ, конечно, стоящий. Людей в охране штаба не хватает, все в бой ушли.
