Секреты прошлого

Но Кэтэлина… Мы станем мужем и женой. Перед лицом Огненного.

— Та — а-ак, — опасливо протянула я, отчаянно желая сбежать подальше. Вот теперь от этого разговора точно ничего хорошего можно не ждать!

Король смотрел в пол, как будто пытался подобрать слова, а затем отчеканил:

— Я не животное, чтобы брать женщин без их согласия, — выдал он, и я закашлялась от неожиданности. — Обычно девушки, которые становятся вирами, сами хотят этого: ты, должно быть, уже поняла, что это открывает для них многие двери, а также приносит вознаграждение: у драконов принято щедро одаривать тех, кто вынашивает для них потомство.

Но ты явно не из тех, кто готов продавать себя за деньги в каком бы то ни было смысле. Я не знаю, каким образом ты стала вирой Сорина. Но…

— Что — но? — поторопила я, потому что нехорошие предчувствия внутри все множились и множились. Хотелось уже узнать, что там король имеет в виду. Сорвать, так сказать, пластырь с этой раны.

— Но я рассчитываю, что мы станем мужем и женой во всех смыслах, — отрезал король.

 — И что ребенок, которого ты носишь сейчас, не будет у нас единственным. И я не потерплю отказа, — легкомысленно улыбнулся он, целомудренно касаясь губами моей щеки.

Очаровательно, ваше величество. Вы не животное, но отказа не потерпите. О последнем могли бы даже не упоминать, учитывая что вы — король, и ослушаться вас, судя по всему, можно только один раз. Примерно как в анекдоте про медведя, которого можно погладить дважды: правой рукой, а потом левой рукой.

Ничего.

Я со всем разберусь. Пока не знаю, как. Но разберусь обязательно. Кто, в конце концов, доказал, что мой подзащитный, нарушивший половину пунктов договора поставки, не виноват? Вот то-то же.

— Ари, у нас еще будет время поговорить, — очаровательно (ну, как могла) улыбнулась я, решив, что время играет мне на пользу. Буду тянуть резину, сколько могу, а за это время придумаю, как выкрутиться.

Пока самый лучший вариант, который приходит мне в голову — сбежать от обоих драконов и жить в свое удовольствие.

Ожерелье вон продам, оно же теперь мое, верно? Судьбу матери одиночки зря считают несчастной. Это, как оказывается, экономит огромное количество нервов.

— Мы опоздаем, если не выйдем прямо сейчас, — сглотнула я.

— Венценосные особы никогда не опаздывают, Кэтэлина, — хмыкнул король, предлагая мне локоть. — Тебе уже стоит начать запоминать правила, по которым ты будешь жить.

— Есть еще какие-то? — улыбнулась я, когда мы бок о бок подошли к двери.