Секреты серой Мыши

 — рассмотрев меня «рентгеновским» взглядом (впрочем, как и я её), резюмировала герцогиня. — Сейчас сюда придёт его светлость.

— Понятно. А я-то гадаю, чего так наряжаться? Ну не ради же меня. - подумала я и присела на банкетку рядом с другой фрейлиной.

Глава 27

Вскоре и в самом деле в коридоре, ведущем к гостиной, послышались размеренные шаги и в дверях появился высокий статный мужчина. Заметно старше герцогини, но очень даже неплохо сохранившийся. Одет он был по-дорожному, но с изрядной долей авантажности. И вообще, герцог оказался мужчиной видным и представительным.

Длинные тёмные волосы, отмеченные благородной сединой, мягкими волнами опускались до плеч. Пышные усы и остроконечная бородка придавали его облику некоторое сходство с Портосом — персонажем всем хорошо известной книги. Тёмно-янтарные умные глаза, не смотря на возраст сохранившие яркость и «искру», выдающую в нём склонность к авантюрам (да и к любовным приключенияи, думаю, тоже), цепко окинули гостиную и остановились на Жозефине.

— Душа моя, — Генрих де Шамбор, блеснув сквозь усы всё ещё ослепительной улыбкой и прямо-таки пыша энергией и жизнелюбием, направился к супруге и поцеловал кокетливо протянутую ручку, — я ненадолго покидаю вас.

На этом Герцог завершил свою пламенную, но краткую речь, слегка поклонился Жозефине, «дамам» и величественно удалился из комнаты.

— И это всё? — подумала я, наблюдая, как на высокий лоб герцогини набегает тень.

"Улыбка сползла с её лица, в уголках губ залегло раздражение, которое почти сразу выплеснулось наружу.

— Подайте мне шаль! — нервно скомандовала она, резким движением смахивая несчастное пучеглазое создание на тонких ножках с нагретой подушки.

Все, кроме меня (исключительно по незнанию) напряглись и засуетились. Сидевшая по соседству мадам Анаис — самая старшая по возрасту из фрейлин (по должности, как потом выяснилось, тоже) одними глазами указала в направлении шали и одна из женщин прикрыла герцогине открытые плечи.

Запахнув на груди тёплый кружевной платок, герцогиня самым нелогичным образом схватила лежавший на небольшом низком столике с полированной каменной поверхностью веер и начала энергично обмахиваться, шумно сдувая опадавший на глаз локон.

Я прикинулась ветошью и тихонько наблюдала за происходящим, подмечая детали, запоминая имена и делая выводы.

На самом деле, чисто по-человечески Жозефину было жалко.