Секс-босс по соседству

Что после трех дней унижений, скандала, слез я не смогу испытать и толику возбуждения.

Но рядом с ним в мозгу словно что-то переключается. Словно кто-то выключает свет в комнате, где сидят в своих креслах обида, страх, гордость. Их теперь не видно, теперь я один на один с единственной и неповторимой похотью. Ведь то, что между нами, «не любовь». Она не может остаться там, где нет доверия.

Зато похоти хоть ложкой жри… И только из-за нее я ногтями в твердые мышцы цепляюсь, дугой выгибаюсь на особо грубые толчки.

Только из-за похоти на поцелуй жадный отвечаю, языком с его языком в игру играю «кто кого».

– Так мне больше нравится, – шепчет он мне в шею. – Смотреть в твои глаза, видеть, как ты кончаешь. Ты можешь врать себе, ты можешь врать мне, что тебе это не нравится, но тело твое врать не может.

Я не хочу отвечать, не хочу вести диалог, потому что тогда волшебство закончится. Потому что я наговорю гадостей и просто не получу обещанного удовольствия.

Володя двигается медленно, глубоко. То входя в меня на полную длину, то вынимая член полностью, трогая кончиком самый центр удовольствия. Вынуждая меня чуть ли не подпрыгивать. И нет больше боли от вторжения. Одно лишь неуёмное желание, чтобы это не заканчивалось, чтобы он был во мне, чтобы молча двигался. Просто разрывал мои чувства на куски сладкими, такими нужными поцелуями, тем, как дорожки на шее чертит, как языком сосков касается.

И оказывается, когда я не боюсь, что кто-то придет, кто-то будет подглядывать, я полностью отдаюсь этому чувству голода – когда хочется снова и снова.

Снова и снова только с ним. Хочется двигаться быстрее, хочется испытать на себе его страсть, злость, ревность, желание. И он демонстрирует все это, совершая ряд частых фрикций, подталкивающих меня к краю, толкая к его величеству оргазму. Но стоит мне к нему приблизиться, стоит пружине натянуться до предела, как вдруг я слышу вопрос Володи…

– Нравится? Скажи, что тебе нравится, малыш…

– Нет, – отвечаю на автомате, готовая вот-вот кончить, а он вдруг все тормозит, и я разочарованно выдыхаю: – Скотина.

– Тише, тише, маленькая, еще рано кончать. Сначала ты скажешь, что я тебе нравлюсь. Трахаться со мной тебе нравится. Ты перестанешь врать мне, а самое главное перестанешь врать себе.

– На хуй пойдешь ты, сядешь на него прямо сейчас, – он резко ложится на спину и меня сверху садит.