Секс и ничего личного (СИ)

Я попыталась брыкнуться, но колени гросс Теккера молниеносно прижали к кровати мои бедра, и мне осталось только биться всем телом, извиваясь, пытаясь высвободиться.

Коленом, помогая себе свободной рукой, он развел мои ноги и уперся между ними. А затем вцепился в волосы на затылке, оттянул их, заставляя повернуть голову под нужным углом… Поцелуй был жестким, грубым. Голодным и жадным.

Я пыталась вытолкнуть чужой язык языком, пыталась отворачиваться и брыкаться… Но тщетно — физическое преимущество гросс Теккера было подавляющим.

И это, мать его, заводило.

И я перестала сдерживаться и провалилась в это преимущество, как под лёд.

В голове отщелкнулись предохранители, разрешив всё. Царапаться. Пинаться. Кусаться.

…и только благодаря тому, что последние проблески разума во мне не погасли, я удержалась, не применила к нему последнее оружие самообороны.

Это игра, Кассандра. Страшная, прекрасная, безумная игра.

Вив оставил на моем бедре красный след — свез кожу, рывком содрав с меня джинсы до колен вместе с бельем.

Спихнув одежду по ногам дальше, до щиколоток, и дальше прочь, он навалился сверху, прижимая меня к постели и лишая возможности шевельнуться, прижался к голой промежности ширинкой, заставив прочувствовать в полной мере сочетание грубой ткани и твердого члена под нею.

Волна темного, животного желания ударила в голову.

Распятая, раскрытая, бессильная…

Когда Вив, облизнув пальцы, вогнал их в меня, я вскрикнула, дернулась — и насадилась на эти пальцы сама.

Испугалась что кончу прямо сейчас, забилась, всхлипывая, извиваясь…

Когда пальцы выскользнули из меня, мне хотелось его убить за это, и я забилась еще сильнее.

Вив бешено рычал, удерживая меня одной рукой и ногами, а второй рукой, с помощью зубов, пытаясь вскрыть пакетик с презервативом. Вскрыл. Раскатал по члену тонкую резину. И навалился всем весом, чтобы войти одним ударом и до упора.

Вжался, оскалился, глядя на меня одуревшими глазами — и задолбился яростно и жестко, как молот.

Всего десяток толчков — и я выгнулась дугой, готовясь, встречая предвестники оргазма…

И Вив рухнул на меня, сотрясаясь крупной дрожью.

Что?! Что-о-о?! Сво-о-олочь!

— Сейчас. Сейчас-сейчас-сейчас, — зашептал он, соскребая себя с меня.

Впился поцелуем-укусом, поцелуем клеймом, жестко прикусив нижнюю губу.

Член выскользнул из меня, и его место заняли пальцы.