Секс и ничего личного (СИ)

Но первое ревнивое недовольство я придавил, а потом и попустился — Кэсс он был нужен примерно как ласты на лыжной трассе. В целом, хрень, вроде бы полезная, но конкретно сейчас нафиг не нужная.

Не, ну я бы предпочел более категоричный отказ, но… Ладно, хрен ли тут сделаешь: к симпатичной девчонке всегда будут клеиться, и тут либо выбирать уродину, либо мириться с тем, что у других тоже есть глаза.

Придя к такому философскому умозаключению, я как-то выдохнул, успокоился и переключил внимание с компании Кэсс на свою, время от времени поглядывая, как Рокфёй палит вхолостую.

— И, в общем, эта коза перед нами хвостом крутит вовсю, но кого-то одного не выбирает, строит глазки и мне, и Тома — но ни с кем не едет! Мы уже и так, и эдак, уже думали, монетку бросить, кто остается, а кто свалит, чтобы вечер не портить, и тут она нам открытым текстом выдает — мальчики, а поехали ко мне! — Делился очередной историей из бурной личной жизни Люка. — Нет, ну и кто бы отказался?

На столе пиво как-то незаметно сменил собой портвейн, и Моранж подбивал наплевать на будний день и перейти на что-то покрепче, одновременно строча кому-то сообщения в телефоне.

— Мы и не отказались, — вальяжно перехватил инициативу рассказчика Тома. — Поехали к ней, симпатичный такой особнячок со статуями в холле…

— …и кованной оградой с пиками…— поддакнул ле Ру. — И, главное, она же нас еще в такси заверила, что дома пусто, никого нет!

— Мы прямо в холле начали раздеваться, придурки, — нервно отхлебнув алкоголь, продолжил Тома, — по лестнице на второй этаж еле поднялись, там от входа до ее спальни весь путь, включая статуи, был нашей одеждой усеян!

— И вот, значит, мы втроем хорошо проводим время, и тут в самый кульминационный момент с первого этажа рёв — “Анжелика!”

Под густое дружеское ржание ухмыляющийся Жан-Шарль бессердечно уточнил:

— Не знаем, — трагично отозвался Тома.

— У меня теперь травма потенции.

— А у меня — травма ж… задницы, когда забор перелезали, я на пику напоролся!

В хохоте эпичной истории то, что Морель вышла из бара, я едва отметил сознанием.

— Покажи! — Дамьен ржал и глумился, забыв, наконец, про свой телефон.

— Отвали от моей задницы, извращенец! Мне целитель уже все залечил!

— Нет, ну в самый кульминационный момент! — Стонал Тома.

И за всем этим угаром я чуть не пропустил другой кульминационный момент: Рокфёй протолкался на выход. Вслед за Морель.