Секс-няньки по соседству

Что-то огромное и устрашающее. То, что ещё пять минут назад извергалось струей в стену.

Разве ему не нужен перерыв? Или он сексуальный маньяк… Боже, мысли об этом ещё больше горячат мою кровь, а киска начинает пульсировать.

Но все волшебство момента портит его гадкая усмешка. Дьявольская усмешка искусителя из преисподней. Самый опасный мучитель. И я уже давно там. Варюсь в котле собственных фантазий. Грешных. Неправильных. Таких же обжигающих как этот черный, голодный взгляд татарина.

И я прихожу в себя, только когда это хамло протягивает мне полотенце.

Вот это палево!

Оставила его в ванной. Ну не дура ли? Но самое главное не то, что делает Ренат, а то, куда он смотрит. Что? На грудь!

Вот идиотка! Вытащила, а обратно запихнуть забыла. Вот такие мы девочки, забывчивые. А мужикам лишь бы увидеть оголенный участок нашей плоти. Совести у него нет. Мог бы и отвернуться. Ради приличия.

Резко, гордо оправляюсь, даже не собираюсь поправлять ничего при нем, и слышу весьма сексуальную хрипотцу, от чего акцент Рената становится заметнее.

— Ты что-то потеряла…

Рамки приличия. Нормы морали. Учебник по этике не одолжите? Это точно.

— Ты ошибся, — в наглую вру я и выпаливаю. — Я была тут и… занималась важными вещами. А ты мог бы и подождать за дверью.

Он охватывает взглядом мое тело, обволакивает мужской энергетикой, запахом с примесью мятного геля для душа. Поджимает упрямые губы, которые хочется сделать мягче. Разгладить, поцеловать.

Хочется стереть с его лица вечно угрюмую, безразличную маску. Языком."

"В миг я понимаю, что он не верит. Он же не дебил. Понимает, осознает и собирается разобраться, о чем говорят его сузившиеся, засверкавшие огнем глаза.

А мне страшно, потому что таким я его не видела никогда. Грозным как туча, напряженным как натянутая до предела струна.

— Я бы мог помочь тебе с… важным делом, — с прерывистым выдохом говорит он и грубо толкает меня в комнату.

Делаю замах рукой, чтобы этот придурок получил за свою наглость, но не успеваю.

Он перехватывает руку, оскаливается и резко заворачивает ее за спину. Двигает меня не к кровати, как я думала, — размечталась, ага —, а к комоду в углу комнаты.

— Ты что творишь?! — дергаю я телом, но он пинком раздвигает мои ноги и, прижимая одной рукой поясницу, шмякает меня грудью о твердую поверхность.

Второй без стеснений забирается ко мне в трусики. Слишком грубо. Дикарь хренов.