Секс-тренажер по соседству

Содрав с Насти майку с бюстгальтером, он целует ее, давая ощутить её же вкус, а затем стискивает двумя руками большие груди и врезается в соски губами, сразу всасывая их в себя, от чего она выгибается дугой, и тянет его за волосы.

Артем нетерпеливо раздвигает Насте ноги и усаживает на стол.

Она тоже не остается в долгу, тихо стонет, расстегивает Артему ширинку, чтобы достать свою любимую игрушку, так идеально подходящую и для ее рта, и для ее влагалища.

И если во рту, она ощущает ее довольно часто, то вот розовая, влажная киска за два месяца очень соскучилась по ласке.

Артем полностью облизал наливные груди, заставил соски покраснеть, а Настю задыхаться от накативших приливной волной чувств и только затем вернулся к губам, в которые тут же втолкнул язык, заглушая стоны Насти, потому что в этот самый момент проникал членом в разгоряченное влажное лоно.

И как раз в этот момент, когда Артем активно заработал бедрами, языком имитируя во рту насилие, и сжимая плечи Насти, которая уже держалась на самом краю экстаза, в дверь постучали.

– Артем – промычала Настя, – Там… пришли.

Но он не планировал останавливаться, трахал ее, закрыв глаза, стараясь отречься от посторонних звуков, потому что слишком давно хотел снова ощутить, как его член обволакивает тугая плоть влагалища.

Но стук продолжался и раздражал.

– Кто там, – проорал Артем, со злости толкнувшись особенно глубоко и укладывая Настю на широкий рабочий стол.

– Это я, – слышится смеющийся мужской баритон и женский лепет рядом с ним. – Вы же сами нас звали. Как-то негостеприимно. Мы тут стоим, а вы там…. Чем занимаетесь?

– Макар! – – раздается гневный женский голос, но Артем его заглушает криком.

– Свали отсюда к чертям собачьим, Чаркашин, пока я не выполнил, то самое обещание и не отрезал тебе самое ценное.

Тот заржал, и Артем снова прикрыл глаза, продолжая энергично вбиваться в любимое тело, вспоминая, как во время последней командировки, больше года назад, болело его собственное от желания оказаться в Насте.

И вот, даже спустя столько времени, ощущение все те же, даже острее, потому что нет страха, что все может закончиться, потому что жизнь с Настей только начинается.

– Люблю тебя, – хрипит он, и рукой помогает себе столкнуть Настю в ту пропасть, над которой она тихо скулит уже некоторое время.