Итак, твой новый год проходил обычно так: ты готовила себе какой-нибудь праздничный салат с креветками, авокадо, или еще каким-нибудь выпендрежным морепродуктом, а шавке в честь праздника подсовывала дорогущий паштет, в котором все равно одна мука из костей. Дожидалась речи президента, непременно комментировала каждое его слово, бурчала на него, а после ложилась спать. А дальше самое интересное – у тебя никогда не получалось уснуть ввиду того, что на улице взрывали салюты и резвились пьяные люди. Ты выходила на балкон, брала бинокль и искала взглядом того, кто их взрывает и нарушает при этом технику безопасности.
Дальше ты звонила охране своего ЖК или еще там хер знает кому, кто работает в новогоднюю ночь. Портила настроение бедным бухающим работникам, ничего от них не получала в итоге, но на улицу не выходила, боясь, что тебе могут что-нибудь сделать или не дай Бог разбить суперпрочное окно на твоем балконе. Дальше ты принимала снотворное, потому что не могла заснуть из-за шумных соседей.
Вставала по будильнику в семь утра, шла на прогулку с собакой, а когда поднималась к себе в квартиру – херачила со всей силы чем-нибудь по батарее и включала громкую музыку, непременно с положенных десяти или сколько там утра, чтобы нагадить тому, кто тебе мешал ночью, – приподнимаю голову и несколько секунд смотрю на улыбающегося Демьяна. Какой же он все-таки… Не придумав ничего приличного, я решаюсь на очень нехорошую вещь.
– Ну и гад же ты, – тяну руку к его носу и со всей силы его сжимаю.
– Он же и так болит, женщина! – тут же вскрикивает Демьян, хватаясь за нос.
– Блин, прости, я забыла. Ну тогда предлагаю вот так, заодно отвлечем тебя от боли в носу, – совершенно не стесняясь скручиваю между пальцев его сосок.
– Да, блин, Лена!
– Что такое? Неприятно?
– Можно подумать, я сказал неправду.
– Ты сказал неправду, – укоризненно отмечаю я.
– Да ладно? И где я ошибся?
– Во-первых, у меня лоджия, а не балкон.
– Ой, ну это, конечно, меняет дело, – усмехается.
– И я не стучала по батарее. Своим соседям в новогоднее утро и в другие дни тоже я иногда подсовываю под дверь…
– Что?
– Собачьи фекалии.
– Ты меня сейчас убила, мать. Наповал.
– Они заслуживают это, – вполне серьезно произношу я. – У них сенбернар. И они за ним почти никогда не убирают. Наш двор оборудован специальными мусорными баками и бумажными пакетами.
