Несмотря на то, что братья мы сводные и подростками зачастую враждовали, я за Олега рад.
Спустившись в главный холл и услышав уже знакомый голос, я подумал, что у меня глюки. Да быть такого не может! Однако, со зрением у меня все в порядке. Ошибки быть не может. Петровна срется у стойки ресепшена! Точно она. В конце концов, кто еще будет задалбывать администратора из-за номера. Шикарно. Просто блеск. А я еще не хотел сюда ехать.
– Ну что ж сказать, пути Господни неисповедимы….
– Ты что, в религию ударился? – резко притормаживает Олег, узрев «бабку Лену».
– Пфф… нет, конечно.
– И что это значит?"
"– Да кто его знает. Вроде типа, что ни хрена мы не знаем, что нам предначертано, а оно… предначертано и только ему, – тычу пальцем вверх. – Известно. Ой, короче, я не знаю. Чего придолбался? Пусть будет, как я сказал. Но надо погуглить на досуге. А ты к дамочке с собачкой не подойдешь? Она недовольна.
– Да пошла она в задницу. Уже второй номер меняет. Все ей не так.
– У меня к тебе одна малюсенькая просьба. Раз она снова меняет номер, посели ее в випку рядом со мной.
– А не жирно ей в випку? Она оплачивала стандарт, между прочим. Обойдется.
– Я доплачу, – закатывает глаза. – Ну ладно, если будет где-нибудь засор, я тебе его быстро устраню.
– На хрена она тебе сдалась?
– Это моя попутчица из поезда. Баба – огонь. Нет, пожарище. Ну что, поселишь?
– Ну если огонь и пожарище, то поселю, – усмехается Олег.
– Только я не при делах.
Это типа презент от владельца. У меня тут одна идея возникла, поэтому давай выпивку отложим. Иди обрадуй Елену Петровну випкой.
Чувствую себя малолетним пацаном, который-таки достал карбид. Предвкушение точно такое же, как и от взрыва того самого карбида – феерическое. Буквально через минуту лицо Лены засияло. Однако она не спешит подниматься в номер, а присаживается на диван. Только сейчас заметил, что на ней какой-то убогий свитер на сто пятьдесят размеров больше, чем сама Петровна.
Пятислойный воротник вообще атас. Хотя, к такой юбке в самый раз. А я еще на рубашку с полосками грешил.
Не раздумывая, подхожу к Лене и усаживаюсь к ней на диван, намеренно касаясь ее ноги.
– Ты уже организовала похороны своего родственника, Елена Петровна? – в который раз я жалею, что не обладаю способностью фотографировать глазами. Выражение лица у Лены – говорящее. К выпученным глазам добавился еще и открытый рот.
