– Я так подозреваю, это какой-то ваш диалект. Что это значит?
– Поносит Леночка.
– Ясно. Было бы странно употреблять в пищу уличные продукты и не отравиться.
– Вы знали, что ваша Леночка та еще кишкоблуд? Обжора в смысле. Вы ей запрещали есть все вредное, вот девочка сейчас и дорвалась до уличной еды. Нормуль все будет. Рассольчика выпьет, восполнит водно-солевой баланс и все восстановим. Чай, кофе?
– Благодарю. Давайте чай.
– Каркаде.
– Я смотрю вы много обо мне знаете.
– Ну как же не знать о будущей теще, – мельком взглянул на ее лицо.
Сейчас точно инфаркт схватит. Гореть мне в раю. – Колбаску будете?
– Что?
– Колбасу, говорю, будете, мама?
– Какую еще колбасу?! – переводит взгляд на мой пах. Охохошеньки. Не тронь, зараза.
– Ну не мою же. Докторскую. Время второго завтрака. Давайте замучу вам мой фирменный бутик.
– Мне не нужно делать бутерброды. Я не употребляю такую пищу.
– А зря, Демьян криво не насадит.
– Мне начать бояться, что вы меня куда-то и на что-то насадите за то, что я отказалась употреблять ваш бутерброд?
– Ой, нет.
Не ссыте. Я вас насаживать ни на что не планирую. По-интеллигентски – это означает, что я плохо не сделаю. Отменный будет бутер. Ну, если его не хотите, может, изволите вкусить «музыкальный супчик»? Лена сама готовила. Правда, он позавчерашний.
– Благодарю, я не голодна, – ну, теперь ясно откуда это бесячее «благодарю». – Извините, Демьян, если покажусь вам грубой. Вы – совершенно не подходите моей дочери. Что такой человек как вы делает в квартире моей дочери? Да и вообще рядом с ней?
– Ой, чего я с ней только не делаю.
Гутарим, дурачимся, жрем, гуляем. Одеваю ее на кукан. Ой, надеваю. А вообще лучше насаживаю, наверное. Короче, вам виднее.
– Мне не виднее. Я даже не знаю, что это.
– Совершаю с ней половой акт, – шепчу ей на ухо, а потом хватаюсь за резинку штанов. – Хотите?
– Что?! – шумно сглатывает.
– Хотите мне почесать, мама? – приподнимаю штанины спортивок вверх, намеренно демонстрируя еще одну татуировку.
– Что?!"
"– Следы от ветрянки, что ж еще.
Не брезгуйте, я уже не заразен, – кажется, ее глаза вылезли на лоб, когда она-таки узрела мою татуированную ногу. – Не, все же не дам почесать. Лена говорит нельзя. Шрамы останутся. Не хотелось бы портить такое красивое тело. О, чайник закипел. Сейчас будет вам каркаде. Кстати, раз вы уже здесь, приглашаю вас на свадьбу.
– И когда же планируется сие знаменательное событие?
– В конце лета, – брякнул первое, что пришло на ум.
