— Эй, да ты же сам говорил…
Что там говорят про мужское слово?
Да он мне, вообще, после сегодняшнего вечера, квартиру подарить должен. Столько раз меня лапал, что и сосчитать сложно. А тут кровать зажал.
— Ну и ладно. Все равно уходить скоро, могу и на диване подремать.
Делов-то.
— Может фильм посмотрим? Все равно ложиться смысла нет.
Оп-па.
Вот это поворот.
Мне спать, конечно, не хотелось, но и с Корнеевым на одном диване сидеть как бы не айс.
Но парень опережает меня, проходит в комнату, плюхается в кресло, включая телевизор.
— Твой телефон звонит?
Ой, я, кажется, так загляделась на «мебель», что уши улавливать звук перестали.
Когда мы из квартиры выходили, мне телефон девать некуда было, поэтому я его в комнате барина и оставила, решив, что в такое время никому я не понадоблюсь.
Беру его в руки, а там около тридцати пропущенных и от кого?
От Звягиной.
Еще десять от Степашкиной.
Девки, вот какого черта вам в такое время не спится?
Или они меня с Корнеевым рядом увидели и сюда приперлись?
Вот же…
Надеюсь, красной лазерной метки на моем лбу сейчас нет.
— Шведова, ты куда пропала, блин. — Слышу в трубке раздраженный голос Звягиной.
— Всю ночь дозвониться до тебя не могу. Давай, иди дверь открывай.
Эй, она меня спалила, что ли?
Я как стояла, так и присела на кровать.
Фильм для слабаков.
Кажется, концерт лично к нам пришел.
33
Я не слышала голоса Звягиной всего несколько часов, но даже за это время успела отвыкнуть от него. Сказать честно, раньше он мне казался более милым, что ли.
Не таким требовательным, не таким жестким. Обычным голосом, обычной девушки моего возраста. По крайней мере он таким был. Сейчас же со мной разговаривала стерва, которая пыталась диктовать свои условия.
— Вик, какого черта? — встаю и иду закрывать дверь, чтобы ушастый Корнеев не смог подслушать бабский трёп. — Ты время видела?
— Ой, не изображай из себя будильник. — говорит так же резко, как и начинала. — Ты открывать думаешь, я все деньги спустила, чтобы в эту дырень приехать.
Системную ошибку выдал мой мозг.
Я уж подумала, что она сюда заявиться вздумала. А тут «дырень». Да Звягина так в жизни не назовет квартиру барина. Серьезно даже если он будет жить в коробке под мостом, она будет называть ее «пентхаусом нижнего уровня небоскреба с видом на речку-вонючку, то есть на океан».
— Напомни, про какую дырень ты говоришь? В этом городе их, наверно, много.
Поворачиваю голову на стук двери, где в проеме стоит Корнеев и пультом в воздухе машет.
