Джеймс успевал к этому времени проспаться после веселых пятничных посиделок за стойкой бара, Биргит занималась ребенком, Ригмор – домашним хозяйством, а они с Фрицлем, устроившись на первом этаже в самой дальней комнате, воскрешали прошлое. Тут ему предоставлялась возможность подержать в руках «Парабеллум» и убедиться в том, что весьма эффективное оружие можно изготовить из различных подручных материалов.
И такое общение могло продолжаться годами, если б в один прекрасный день между Джеймсом и Ригмор Циммерманн не вспыхнула ненависть.
Все началось с совершенно обычной болтовни за ранним субботним ужином, когда тесть выпустил из клетки дикого зверя, задав всего лишь один неожиданный вопрос. Вообще-то, вопрос этот действительно был неуместным, учитывая, что за столом сидела крошка Доррит, однако Фрицля это не остановило.
– Как ты думаешь, что является для солдата худшим проступком – случайное убийство или случайная измена?
Джеймс, решив, что это продолжение их игры, попросил дочку пойти в сад поиграть, пока ее не позовут в дом.
Конечно же, это была всего лишь очередная жестокая выходка Фрицля, однако когда, немного поразмыслив, Джеймс ответил, что случайное убийство, несомненно, хуже, Ригмор Циммерманн отвесила ему такую увесистую пощечину, что он отлетел в сторону.
– Свинья! – крикнула она, а Фрицль хохотал и барабанил пальцами по журнальному столику.
Джеймс был совершенно обескуражен, и, когда он отвел в сторону свою жену, чтобы она объяснила ему, что произошло, та плюнула ему в лицо.
– Только что ты попался, придурок. Я рассказала отцу с матерью обо всех твоих изменах, о том, как ты постоянно нас предаешь. Думал, тебе удастся выйти сухим из воды?"
"И он принялся врать и отрицать свои интрижки, он плакал и орал, что ничего не было, что он уходил по ночам лишь для того, чтобы отработать долг. Но она сказала, что они знают правду.
– Она ненавидит тебя за все, Джеймс. За то, что ты обманываешь меня. За то, что напиваешься по нескольку раз в неделю.
За то, что заставляешь отца говорить на запретные темы.
В тот день Ригмор Циммерманн продемонстрировала Джеймсу свое истинное лицо и дала понять, кто в их семье главный. Документы о расторжении брака, уже подписанные Биргит, лежали на столе.
Джеймс умолял ее разорвать их в клочки, но она не посмела. Ригмор и Фрицль пообещали заботиться о ней, как только нерадивый муж исчезнет с глаз долой. И ему так и пришлось поступить, в буквальном смысле.
