Катерина поднялась, собрала свои бумаги и вышла из ресторана, ни на кого не взглянув. Вид у неё был то ли рассерженный, то ли недовольный. Николай Иванович проводил её глазами и тоже поднялся.
– Прогулка, молодые люди? Здесь самое милое дело – гулять. Впитывать, так сказать, воздух и красоту окружающего мира на год вперёд.
Ангел пробасила, что красота окружающего мира – враньё, Лилечка с Ванечкой так и не оторвались от телефонов, а Матвей кивал изо всех сил, соглашаясь. Вновь прибывший зычным голосом подозвал официантку и спросил счёт.
Та пропищала, что завтрак включён в стоимость номера, и, кажется, рассердила гостя.
– Откуда я знаю, что у вас включено или не включено, – сказал он с досадой. – Я же не сам себе эти ваши номера заказывал!..
– Нет, нет, ничего не нужно, – пролепетала официантка.
Гость встал, кинул на стол смятую тысячерублёвую купюру и пошёл к выходу. Официантка помчалась за ним – возвращать деньги. Из-за двери послышались их препирательства.
– Это чаевые! – грохотал гость. – Вы что, чаевых никогда не видели? Дурдом!
– Мне нужно идти, – сказал Илья своей соседке.
– Ты со мной?
– Я с вами, – неожиданно вскричал Матвей. – Можно?
Втроём они вышли в коридор.
– Я хочу вас попросить, – сказал Матвей, глядя в пол. – Только один на один. Извините меня, Ангел!
Она пожала плечами и фыркнула:
– Да пожалуйста! – И удалилась большими шагами.
Матвей взял профессора Субботина за рукав и потащил к двустворчатым дверям, за которыми оказался небольшой конференц-зал, совершенно пустой.
– Послушайте, – начал он, когда двери закрылись, – мне очень нужно, правда. Вы не подумайте, что я… ненормальный. Но мне очень нужно! Давайте вместе, а? Я сам не справлюсь. Ну, не получится у меня.
– Я ничего не понимаю.
– Боже мой, это же так просто. Я же вот и объясняю! Давайте вместе.
Илья улыбнулся.
– Вы непонятно объясняете, Матвей.
– Да?.. Что тут непонятного? Давайте украдём её, и всё закончится.
Илья Сергеевич молчал.
– Она не должна там оставаться, понимаете? Никак не должна.
Ей там не место.
Профессор Субботин уточнил:
– Насколько я понимаю, речь идёт о картине?
Матвей несколько раз с силой кивнул.
– Вы должны мне помочь. Больше никому!
– Зачем?
Тот пришёл в изумление:
– Как зачем? Это необходимо!
Илья легонько надавил ему на плечо и заставил сесть в ближайшее кресло, и сам пристроился рядом.
– Матвей, – начал он проникновенно, – зачем нам красть картину со стены в Доме творчества села Сокольничьего?
– Ей там не место.
