Семь дней до Мегиддо

Тело обратилось в песок.

– Ты чего? – закричал Василий. – Ты чего творишь, старый хер?

Не обращая на него внимания, деда Боря молча пошел к висящим заготовкам монстров. Те задергались, завыли. Ближайшая женщина опять простонала:

– Снимите меня…

Может быть, мы бы и сняли.

Вот только вслед за этими словами она издала шипящий звук и резким движением руки попыталась ухватить и притянуть к себе деда Борю. А когда не вышло, жутко, пронзительно захохотала.

Деда Боря выстрелил ей в сердце. Потом застрелил еще одного монстра.

– Василий, заканчивай остальных. Чтоб ничего не осталось.

– Ты чего, ты зачем Юрку! – выкрикнул Василий, тряся в воздухе пистолетом.

– Он всё сделал правильно, – сказала Елена. – Мы уходим, следов не оставляем. Да соберись, ты ж не баба!

Василий собрался. Побрел к дергающимся монстрам.

– Парень, ты как? – спросила Елена.

Я посмотрел на Виталия Антоновича. Тот закончил пинать мертвого монстра и теперь менял магазин в автомате.

– Нормально, – сказал я.

Ничего нормального на самом-то деле не было.

Мы убили недоделанных монстров и их хозяев. И одного почти готового монстра.

Но тот, кто приходил к моей квартире и угрожал через дверь, «говорил» мужским голосом.

Одна тварь осталась на свободе.

Глава девятая

Не знаю, в звукоизоляции ли дело, или со стороны жилого комплекса были не квартиры, а нежилые помещения, или просто люди постарались не услышать выстрелы…

Люди хорошо это умеют делать. Всегда можно сказать себе, что идет ремонт, работает отбойный молоток или кино кто-то включил на полную громкость, а никакой стрельбы нет.

Помещение мы убирали минут пять, полиция за это время должна была бы приехать – все же центр Москвы. Но Виталий Антонович сказал, что лучше уж успеть уничтожить все следы налета, чем кинуться в бегство с сумками, полными оружия. Нет тел – нет и состава преступления.

Одежду Юрия убрала в его сумку Елена. Похоже, у нее нервы были крепче, чем у остальных, все-таки профессия сказывалась.

Может быть, конечно, стоило оставить в живых одну из тварей. Может быть, та женщина, что разговаривала, пошла бы на контакт.

Но мне кажется, она просто попыталась бы нас убить. Что-то в ней уже изменилось бесповоротно, хоть телом она еще походила на человека.

Мы вышли из клиники и двинулись к скамейке, где ждала нас Милана.