Семь дней до Мегиддо

Поэтому вчера пришел безымянный человек со Старой площади… вовсе не из благодарности отцу.

Оказанные услуги чего-то стоят, лишь если ты рассчитываешь на новые.

Может быть, так решат и другие Измененные?

Я слопал яйца и пару тостов, выпил две кружки сладкого чая. Застегнул кобуру. Выстиранная ветровка была немного мятой, но ничего, на теле отвисится…

Входная дверь содрогнулась от тяжелого удара.

На мгновение я застыл, глядя вдоль коридора на легкое облачко пыли, расходящееся от двери. Нет, сама дверь устояла – хорошая стальная дверь, поставленная лет тридцать назад.

И рама с заведенными в бетон металлическими штырями выдержала. Пыль шла от дверной обивки и посыпавшейся штукатурки.

Я сразу вспомнил, как тварь в Гнезде пыталась выбить дверь из инопланетного сплава.

Нет, пожалуй, моя бы не устояла перед таким монстром.

Еще один удар. Дверь опять вздрогнула, но выдержала.

Кто бы там ни был, сейчас весь дом проснется!

Сейчас же родители проснутся. Испугаются за меня. Кинутся вниз по лестнице…

Я сделал шаг к двери, нашаривая пистолет.

Если там монстр, то ничего я с ним не сделаю, обычными-то пулями. Даже если он видимый. Я ведь не ускорен Гнездом, не прикрыт им от ударов…

В дверь ударили еще раз, но на этот раз гораздо слабее.

И я услышал шепот, идущий изнутри головы.

«Оставайся дома…»

Вот это походило на монстра в Гнезде. Точно такие же слова-картинки. Только не громкие и разборчивые, а бормотание на краю сознания.

«Живи…»

Еще один удар, совсем слабый. И тишина.

Что на меня нашло – сам не знаю.

То ли затихающая сила ударов. То ли невнятность слов.

Будь тварь сильнее, она бы ворвалась и убила меня.

А она лишь хотела напугать.

Задвижку заело, но я рванул ее изо всех сил, провернул замок, распахнул дверь, держа пистолет перед собой.

На площадке никого не было, а вот с лестницы доносился топот ног.

Ломившаяся ко мне тварь убегала!

Я кинулся вслед, не раздумывая, пытаясь если не догнать, то хотя бы увидеть. На мгновение мне показалось, что я заметил быструю тень, в прыжке оттолкнувшуюся от стены и кубарем понесшуюся вниз.

Но когда я сбежал со ступеней, подъездная дверь была распахнута, а в переулке никого не оказалось.

Опустив ствол, я несколько секунд бдительно оглядывал окрестности, пока не обнаружил, что стою в луже от ночного дождя. Спрятал пистолет, вошел и прикрыл дверь.

Посмотрел на консьержа.

Тот сидел на полу, прислонившись к стене, и потирал голову. Глянул на меня и сказал:

– Ну и дружки у тебя… Максим.