— Вы думаете, что Еления, — он почти прошептал заветное имя, — тоже ... — и замолчал. А ведь он тоже подозревал о чувствах девушки.
— А то ты не замечаешь? — пронзительным взглядом окинула его целительница. — И ничего не чувствуешь?
Май промолчал, но вид у него был очень красноречивый.
— Еления не настолько пока влюбилась, чтобы сильно страдать, да и ты тоже. Морально ты не готов к тому, чтобы сделать ей достойное предложение, только всякие эгоистичные мысли в голове и витают. Поэтому уезжай, пока не поздно.
— Думаете, может стать поздно? — глухо пробормотал Май, также пристально смотря на Фурию.
— Думаю? — переспросила Фурия, странно улыбнувшись. Мудро. Понимающе. Грустно. — Я не думаю, я уверена в этом, потому что девочка наша, — она вдруг нежно улыбнулась, — она же ""пустышка необыкновенная"". Понимаешь, о чём я?
— Не совсем, — взгляд Майстрима стал озадаченным.
— Когда поймешь, уже пути назад не будет, — очень серьезно проговорила целительница и тяжело вздохнула.
— Молодо — зелено, а жаль.
В тот же день Майстрим Данери связался с отцом, который одобрил его возвращение. На следующий день боевая пятерка покинула гостеприимную Землю Фурий.
Глава 37
Две сестры Огдэн обменялись понимающими взглядами, когда автомобиль с магами скрылся из поля зрения.
— Так будет лучше для обоих, — хмуро произнесла Бердайн. — Или даже для троих. Оборотень сам на себя стал не похож после того, как Еля отказала ему.
— Я выполнила твое поручение, сестра. Только сердце кровью обливается, как посмотрю на несчастное личико нашей приемной девочки, — произнесла целительница.
— Ничего. Время лечит всё. А ей надо найти достойного жениха, чтобы забыла военного мага, и чтобы дополнительная защита была от принца Варниуса.
— Ты отправила ему письмо, как хотела?
— Конечно, — мрачно ответила Бердайн Огдэн. — Только ответ не получила. Хитрит принц.
— И что ты думаешь насчёт всего этого?
— Думаю, что Елении опасно находиться на территории Ровении.
И не только из-за принца. Что-то странное и тёмное затевается. Причем императорской семьей.
— Почему так решила? — поразилась целительница.
Взгляд Верховной стал жестким.
— Марисса просветила.
— Ты её разговорила?
— Ее — да. Теней Варниусов — нет. Предпочли умереть, но не выдать хозяев.
— А Марисса что сказала? — глухо поинтересовалась сестра Верховной.
Когда-то та была её ученицей. Талантливой и многообещающей. Надо же, как жизнь повернулась.
