Каждый раз, когда очередь подходила к нему, эта невозможная женщина ссылалась на усталость и внезапно возникшую головную боль. При этом прекрасные фиалковые глаза над ним открыто смеялись.
— Я говорил, как ты красива сегодня? — в очередной раз произнёс Эдвард, тоже беря бокал и пробуя вино.
— И ни один раз, — Мадлен в открытую бросила на него довольный взгляд. — Ещё ты сказал два раза, как я неотразима, три раза, что я шикарна, и четыре раза, м-м-м... что я ослепительна?
— Ты сейчас издеваешься? — сдержанно поинтересовался Данери, повернувшись к любимой женщине всем корпусом и пристальным взглядом впиваясь в идеальное лицо.
— Я ошиблась? Не четыре раза? Извини тогда, — нагло хмыкнула Фурия. — Пять?
— Мадлен! — Данери не верил своим глазам, но ему больше нравилась такая игривая Мадлен, чем та обиженная и холодная женщина, какой он помнил её последнее время. — Ты невыносима! — мягче добавил он.
— Ты сказал «ты невыносима» пока второй раз, — почти пропела молодая женщина, пригубляя Ровенское.
Эдвард не выдержал и рассмеялся.
Вот... Фурия такая! Самая прекрасная и самая наглая.
— Ты простила меня? — он попытался поймать женский взгляд, но тот ускользнул.
— Нет, конечно. Не надейся! — молодая женщина ослепительно улыбнулась, но смотрела уже в сторону. — Сегодня ты об этом пока спросил первый раз, — тише добавила она.
— И долго ты собираешься дуться? Может, ну их, твои обиды, поженимся и уедем в свадебное путешествие? — серьезно предложил Данери, от чего Мадлен поперхнулась вином и обернулась.
— Ты... серьезно? — с искренним удивлением уставилась она на него. — Вот так просто? Поженимся и уедем?
— Конечно, — еще серьезнее произнёс мужчина, довольный реакцией любимой.
— Я подумаю над твоим предложением, — Мадлен взяла себя в руки и сделала вид, что задумалась. — Хотя... что тут думать. Мой ответ «нет», — в глазах Фурии Эдвард заметил упрямство.
— Что мне сделать, чтобы ты простила меня?
— Ты действительно этого хочешь?
— Больше всего на свете!
— Тогда..
. м-м-м... пожалуй... сделай мне предложение сто раз и ни разу не повторись. На сотое предложение ты узнаешь, простила я тебя или нет.
— Сто раз? — Эдвард понял, что ему уже не до смеха и он начинает закипать. Мадлен теперь выглядела собранной и серьезной. — Сто раз по-разному? — уточнил он.
— Тебя что-то смущает? — невинным взглядом посмотрела на него Фурия, и с тайным удовольствием отметила, как сузились серые глаза мужчины, а на лице «заиграли» желваки.
— Нет.
