На его руках были тяжёлые амагические наручники, мешавшие ему, но сейчас он мало обращал на них внимание.
Дочь обняла его. Она одна не отвернулась. Простила. Она понимала его.
Он же не смог. Все было зря. Вся жизнь.
— Девочка моя, прости меня, — разочарованный и убитый голос отца нашёл щемящий отклик в сердце младшей дочери. — Всю жизнь я искал рецепт треклятого эликсира... хотел для вас лучшей жизни... не как у всех... мечтал, чтоб вы прожили также долго, как маги... в результате... Вечная гонка за мифическим эликсиром привела к тому, что мимо меня прошла целая жизнь.
.. не только моя, но и ваша. Теперь же те, кого я люблю больше всего, ненавидят меня.
— Отец, детям нужно переварить все то, что они узнали о тебе, — мягко ответила Наина. — Для них твои опыты и исследования стали настоящим шоком. За столько лет все привыкли к твоему «затворничеству» и действительно считали, что ты долгие годы живешь в поместье в одиночестве, потому что не хочешь никого видеть. До этого дня твои исследования воспринимали, как безобидное хобби, а оказалось, что ты проводил над людьми опыты.
— А они думали, как я должен эликсир изобрести?! — не сдержал злости Оливар.
— Отец, они ничего не думали, — также мягко ответила Наина, понимая его состояние. — Никто из твоих внучек и их мужей не стал учёным, никто не имеет представления о твоей деятельности. Они просто считали тебя безобидным нелюдимым затворником. Никто не верил в то, что у тебя получится... Кроме меня."
"Наина замолчала, с сочувствием глядя на отца.
Ей было невыразимо жаль этого такого родного и такого несчастного человека, который всю жизнь посвятил тому, чтобы сделать их счастливыми, а в итоге стал виновником того, что все его потомки станут изгоями в собственной империи.
И как же Наина жалела, что у него ничего не получилось. Она всю жизнь надеялась, что останется молодой. Потом, когда поняла, что начала стареть, а отец так и не нашёл рецепт эликсира, надеялась, что хотя бы дочерям и племянницам повезёт. Теперь нет даже надежды на это.
Больше отец не сможет им помочь.
— Я буду ждать твоего освобождения и последующей ссылки, — грустно произнесла Наина. — Я приеду к тебе, когда ты освободишься.
И отец, и дочь мысленно подумали, что она обязательно приедет к нему, если только к тому моменту ещё будет жива. Время жестоко, а пять лет — немалый срок для пожилой неодаренной женщины.
Глава 69
Свадьбу принца империи герцога Эдварда Данери и ровены Мадлен Роннигус надолго запомнят в Ровении.
