И свечи — непременно должны быть свечи. Помню, я наткнулся как-то на десяток красных, упакованных в симпатичную коробку, и купил, сам не знаю, для чего. А теперь вот пригодились.
Сгонял в душ — люблю, когда от меня пахнет лавандой. Говорят, этот запах отпугивает комаров и всякую нечисть. Вернусь домой, обязательно посажу у себя пару кустов — цветет она очень красиво.
Так, на часах уже семь. Интересно, Даша опоздает, как и все девушки, или придет вовремя?
Легкий стук в дверь — задержалась всего на пять минут.
Даже не заметил. Открыл дверь и замер — она была великолепна. Черное элегантное платье обтягивало и подчеркивало ее красивые формы, улыбка сияла персиковым блеском, а в глазах горели бесовские огоньки. Это заводило.
Я пригласил её внутрь и сам пошел следом, не сводя с нее глаз. Из просто симпатичной девушки она каким-то волшебным образом превратилась в ослепительную красавицу."
"Сегодня я был образцом куртуазности и аристократизма. Мои манеры были изысканными, а речь будто шлифовалась лучшими наставниками.
Так могли говорить принцы из сказок, если бы сошли со страниц книг. Ну да, я распушил хвост — но кто меня осудит? Захотелось вот произвести впечатление.
Время шло, свечи догорали, вино подходило к концу и разговор становился развязнее и веселее. Заиграла медленная музыка, и прекрасная мысль промелькнула в моей уже слегка затуманенной голове. Я встал и пригласил ее на танец. Она стала совсем раскованной, вино делало свое дело.
Даша прижалась ко мне пышными формами, я обвил одной рукой ее запястье, а другую положил на ее бедро. Она замолчала.
Я слышал, как ритмично бьется ее сердце, хотя танец был медленным. Это возбуждало. Словно отвечая моим мыслям, она еще сильнее прижалась ко мне. Руки перестали меня слушаться. Я стал поглаживать ее шею, спину, бедра. Вот они уже скользнули к аппетитной попке. Девушка была совсем не против, она поддалась моим импульсам, немного отстранилась, взяла меня за руку и повела к кровати.
Движения уже перестали быть столь плавными, какими они были раньше. Меня разрывало от желания, в штанах зрело вооруженное восстание. Я хотел сорвать с нее одежду, так я ее жаждал. Она уже тоже позабыла про все правила приличия, расстегнула мою ширинку и стала вовсю там орудовать своей изящной ручкой.
Я повалил ее на постель и стал нервно стягивать платье. Молния не поддавалась, и я пошел на крайнюю меру — порвал платье по шву.
