Встретились две твари в лесу. Худшие из худших, дикие существа, хищники этого мира, которые не позволят другому охотиться на своей территории. И кто-то из нас сгинет, так как это место слишком тесно для двух оживших кошмаров человечества. Ну да, Нагибины — тот еще кошмар, которым мамы пугают своих детишек. Мои предки хорошо покуролесили в свое время.
Меня протащило по земле так, что за собой я оставил борозду, достаточно глубокую, чтобы провалиться туда по пояс. Спина болела, руки болели, всё болело. Но желание убивать было гораздо сильнее боли и даже не собиралось утихать.
Наоборот, боль будто подстёгивала, заставляла бросаться на тварь раз за разом, позабыв даже про жалость к себе. И даже сейчас, вмятый в землю, побитый, я практически сразу же вскочил и бросился твари навстречу.
Бой на грани — как же я давно его хотел! Достойный противник, с которым не надо сдерживаться — разве это не прекрасно?
Мы сошлись в центре разгромленного леса, заваленного землёй и переломанными стволами деревьев. Я резко ушёл влево, уклонившись от его удара, и тут же влепил ему ответку с левой прямо в корпус.
Да такую, что захрустели кости, проминаясь под моим кулаком, и тварь улетела в ближайшее дерево. Протаранила его на хрен и влепилась в другое, застряв в нём — только ручки да ножки и торчат.
Тебе помочь, сука, выбраться?
Я разбежался и влетел в него с двух ног, заставив выскочить из древесного плена как пробку из бутылки. Вскочил на ноги, взял короткий разбег, подпрыгнул, и едва тот встал, обрушился на него камнем сверху, с замаха просадил ему прямо в его большую башку.
Недолго думая, схватил его за ноги и, словно перекидывая его через себя, выдернул и ударил его плашмя об землю. Влепил так, что он в землю головой ушёл, оставив после себя внушительный кратер. Деревья вокруг аж накренились.
Но это было всё с переменным успехом. Не успел я оглянуться, как ублюдок дёрнул на себя ноги, вырвав их из моих рук, и тут же разогнул, отправив меня в полёт. Я пролетел метров пятьдесят и ещё столько же прокатился по земле, охреневая от боли в груди после такого удара.
И едва я встал, кряхтя, тот врезался в меня всем телом со скоростью пули. Протащил по земле, оставляя в ней гигантскую борозду, будто поезд сошёл с рельс. Мой бедный хребет затрещал от такой нагрузки. А следом я прохватил ещё раз с ноги, улетел к чёрту на куличики, ломая по пути деревья. И даже так он умудрился меня догнать, ударив меня в землю так, что я оставил в ней кратер.
Но я изловчился.
