Семь порочных дней

- Зачем вы это сделали?

- Потому что вы такого не ожидали. Каким был этот сюрприз: приятным или нет?

- Тогда я попробую еще раз.

Он наклонился и поцеловал Минерву в макушку. Затем - в подбородок, в скулу, между бровей. А потом его язык пробежался по ее уху и скользнул вниз по шее прямо в теплую, чувствительную ложбинку между грудей.

Он вцепился пальцами в ее юбку, плотно прижал свои бедра к бедрам спутницы и простонал у ее горла:

- Мин, понимаю, что это безумие, но мне необходимо прямо сейчас, здесь, посреди всей этой красоты почувствовать вас, страстную, полную жизни, под собой.

Он наклонился, чтобы ее поцеловать, но Минерва уперлась в грудь Колина ладонью.

- Не думаю, что это хорошая мысль.

Его рука пробежалась по ее телу.

- Разве прошлой ночью вам не было хорошо?

И сразу же всплыли туманные воспоминания о неистовом, греховном, мучительном наслаждении. Между ног стало влажно, и на этот раз суглинок был ни при чем.

- Это было очень даже неплохо, но озадачило меня.

- Такие вещи не должны казаться сложными для понимания.

- Колин обхватил ладонью ее грудь и потер большим пальцем сосок, который тут же набух, отвердел и стал очень чувствительным. - Это инстинкты тела. Взаимно приятный способ снять напряжение.

Он начал покрывать шею Минервы поцелуями. От каждого прикосновения его губ по всему ее телу разбегались волны желания. И все же...

- Я не... - Еще один жадный поцелуй накрыл ее рот, не дав договорить. - Меня не устраивает, что мной воспользуются для снятия напряжения.

- В ваших устах это звучит так однобоко. Обещаю, вы тоже получите удовольствие.

Как раз в этом Минерва не сомневалась. Виконт между тем скользнул рукой в вырез ее платья и обхватил грудь. С привычной сноровкой высвободив из корсажа мягкое полушарие, он обвел кончиком пальца сосок и выдохнул:

- Боже, вы такая теплая, нежная и сладкая.

А затем, застонав, Колин осторожно втянул его в рот и обвел языком.

Минерва затрепетала от острых ощущений. То, как Пэйн прикасается к ней, целует, ласкает, так.

.. приятно. Удовольствие настолько сильное, что страстно хочется его продлить. Невозможно, испытав это, не возжаждать еще.

"Но принципы есть не только у Колина, и не он один устанавливает правила. Хватит "уроков" или притворства! - решила она. - Мне нужны эти ласки, только если они вызваны искренним чувством".

Нога виконта осторожно скользнула между ее ног.

- В тебе столько огня, Мин. Твоя страстность - настоящий талант.