Семь порочных дней

Но он делал это намеренно, разве вы не понимаете? Только, чтобы поддразнить ее. Ему даже пришлось составить этот список.

- По-моему, это доказывает, что он еще больший мерзавец, чем я думал.

Мисс Тэйлор раздраженно цокнула языком.

- Капрал Торн! Вы и в самом деле ничего не смыслите в любви.

Сэмюэль пожал плечами. Она права. Он смыслил в желании, в потребности, в верности, в преданности до мозга костей еще тогда, когда эта девица лежала в колыбели. Но он ни черта не знает о любви. И мисс Тэйлор должна благодарить за это бога.

Вы только полюбуйтесь на нее! Бесстрашно улыбается. Никто не дарил Торну подобных улыбок. Но мисс Тэйлор всегда была такой: не теряла жизнерадостности в любой ситуации и пела, как ангел, даже стоя у самых врат ада.

- Разве вы не знаете? - заявила она. - Открытая неприязнь часто маскирует скрытое влечение.

Сэмюэль почувствовал, что лицо его вспыхнуло румянцем.

- Только не в этом случае.

- О нет! Этот список доказывает вовсе не то, что лорд Пэйн - мерзавец, - мисс Тэйлор ладонью прихлопнула листок к груди капрала, - а то, что он влюблен.

- Я настаиваю, чтобы вы открыли мне содержание того письма, - потребовал Колин с озорной усмешкой, поднимаясь по лестнице вслед за Минервой.

Она сжалась, ругая себя за то, что проговорилась.

- Можем мы больше не обсуждать эту тему? В течение всего ужина вы допытывались у меня, что там написано. Я же сказала, что не помню.

- А я говорю, что не верю вам.

- Верите или не верите - мне всё равно.

Минерва открыла дверь в их номер. Пока они ужинали, лакей успел сбегать в лавку за кое-какими вещами, необходимыми джентльмену, а горничная разложила на кровати на удивление красивое платье из муслина цвета слоновой кости, с узором из крошечных розовых веточек - самый лучший наряд, какой только можно приобрести за три фунта.

В камине теплился огонь. Кровать с кучей подушек и одеял манила к себе. О, до чего же Минерве, уставшей в пути, хотелось упасть в нее и не вылезать несколько дней!

- Пока нам готовят карету, я переоденусь.

Она нырнула за ширму, надеясь тем самым уйти от продолжения неприятного разговора.

- Тогда я пока побреюсь, - заявил Колин, и Минерва услышала, как он подошел к умывальнику. - Но я всё равно от вас не отстану, пока вы во всём не признаетесь. В том письме я на нескольких страницах расписывал вашу внешность? Сравнивал ваши глаза с брайтонскими алмазами?

- С бристольскими. Нет, не сравнивали.

- Ага! Так вы помните содержание письма!

Она раздраженно выдохнула.

- Ну хорошо.