Семь порочных дней

- Свеча резко дернулась. - А на чем, вы полагаете, мы доберемся до Эдинбурга, если не почтовой каретой?

- Мы вовсе не едем в Эдинбург. Но если бы и собирались туда, то нам пришлось бы найти иное транспортное средство.

- Например, какое? Ковер-самолет?

- Например, частный дилижанс с наемными форейторами (17). Вы бы ехали в экипаже, а я скакал на лошади.

- Это стоило бы уйму денег!

Колин еще раз пожал плечами.

- Когда дело касается путешествий, у меня есть свои условия: я не езжу в экипаже и по ночам.

- По ночам тоже? Но ведь на самых скорых маршрутах все кареты ходят и ночью! Иначе путешествие займет у нас вдвое больше времени!

- Тогда хорошо, что мы в него не собираемся.

Минерва подняла свечу и взглянула в лицо виконту.

- Вы просто ищете отговорки! Вы хотите расторгнуть наше соглашение...

- Какое соглашение? Не было никакого соглашения!

- ...поэтому вы выдумываете из воздуха эти нелепые "условия"! - Пальцем она начала ставить незримые галочки на ладони напротив невидимых пунктов. - Никаких закрытых карет.

- Тот, который чудом выжил в крушении кареты ночью! Вот какой! - запальчиво произнес Колин.

Голос и выражение лица Минервы смягчились:

Забарабанив пальцами по камню, Колин сообразил, что мисс Хайвуд не знает этой истории, которая в Лондоне известна всем и каждый сезон кочует по бальным залам и игорным домам, переходя от матроны к дебютантке, от азартного игрока к оперной певичке. И всегда передается скорбным шепотом: "А вы слышали про бедного лорда Пэйна?.

- Это случилось недавно? - спросила Минерва.

Вздохнув, Пэйн прислонил голову к влажной, шершавой каменной стене.

- Я был еще мальчишкой, путешествовал с родителями. Лопнула ось, и карета опрокинулась. Я почти не пострадал, но моим родителям повезло меньше.

- Они погибли. Там, в карете, прямо на моих глазах. Отец почти мгновенно, а мать умирала медленно, в жуткой агонии. - Виконт помолчал и продолжил: - Видите ли, я не мог выбраться наружу, потому что карета упала на бок, дверью вниз.

Вот так-то! Это отучит мисс Хайвуд вынуждать его на откровенность.

- Ох! - Она взяла его за руку. - О Господи! Я так сожалею! Теперь понимаю, почему вы так бои... Хм, почему вы так недолюбливаете закрытые пространства. Как ужасно!

- Да, это было крайне ужасно.