Она и правда выглядела по-другому, чуть здоровее, но с нездоровым блеском в глазах и бубенчиком на шее. Сказала, что ей запретили общаться с родными, если они не ищут просветления. Но ты же меня не бросишь, спрашивала, ломая всякую логику, и Рома отвечал, что нет, не брошу никогда. Рома особо не вникал в ее рассказы об энергиях и духах, только оценивал состояние, гадал, принимает или нет. Нажарил ей картошки, покормил. Потом вышел за сигаретами, вернулся, а в квартире уже не было ни Светки, ни Роминого ноутбука. Вместо него на столе лежала брошюра «Ступени возвышения.
Путь к счастью», автор — некий Александр Соул. По телефону, указанному в той брошюре, сообщили, что никакой Светы не знают.
Возможно, со дня на день Светка опять будет сидеть у его двери.
Возможно, после этого она снова пропадет с чем-нибудь ценным. И пусть.
выдох четвертый
Небо укрывает город темным блюдом. Мороз крепчает, и город хрустит под его тяжестью, стекленеет и искрится свежим снегом. «С Новым 2019 годом!» — кричат красные буквы над козырьком ДК.
Люди заходят внутрь медленно, по одному — открыта лишь одна створка двери, у которой стоит парень в шапке с перьями и окуривает каждого можжевельником. Рому подташнивает.
Нутро у ДК теплое и душное, выстланное красным бархатом, обитое советским деревом. Вдоль стен на раздвижных столах разложены брошюры и эзотерические книги, амулеты на шнурках, всё по сто пятьдесят рублей, вода заряженная в пузырьках по триста, шарфы и перья, буддистские браслеты, четки, камни для правильного фэншуя.
Плакат с рекламой лекции Ананда Архата, гуру из Непала, лечит все, раскрывает чакры, встречу организовывает ООО «Белое солнце». «Добро пожаловать в Алтайский край», гласит другой плакат у раздевалки — как будто Алтайский край начинается именно здесь, со стальных крючков и курток.
— Добро пожаловать, — тихо повторяет Ника и, поймав удивленный взгляд Ромы, вскидывает брови: — Что?
У Ромы нет вопросов, ему не до них совсем. Не раздеваясь и не обратив внимания на окрик очередного ряженого, он идет к двойным дверям, ведущим в зал.
В зале приглушен свет. Странная смесь запаха старых библиотечных книг, дыма, пота собравшихся людей висит в сумраке, впитывается в потертый бархат кресел. Внизу сцена и небольшой экран. По проходам бродят ряженые в шкурах с бубнами — назвать их шаманами язык не поворачивается, — они стучат, они поют, они танцуют, звеня колокольчиками, нашитыми на костюмы."
"Нет ни одного свободного места, зал переполнен, многие стоят у стен.
