Семь звезд во мраке Ирнеин

И можно быть уверенным, эти ни одного медяка не упустят.

Но зачем так носиться с остальными наёмницами? Тем более селить их в гостевые покои! Ведь в их обустройство вбухано столько денег!

На нижний этаж башни Дисси с командой опустились по широкой удобной винтовой лестнице, минуя такие же прекрасные помещения, как встретившее их наверху. Здесь все действительно дышало той изысканной роскошью, когда никакие затраты не имеют значения ради достижения цели. И цель была более чем прекрасна. Зал на нижнем этаже был украшен резьбой с таким мастерством и любовью, что, войдя в него, наёмницы невольно замерли от восхищения.

А потом разразились восторженными охами и ахами, стремясь разделить с такими же очарованными подругами свое восхищение. Молчала только замершая у стены с прикрытыми глазами Улидат, легко касавшаяся кружевного завитка тонким пальцем. Да Дисси, которую раздирали внутренние противоречия. Что-то во всем этом было очень неправильно, изощренная горькая ложь скользила где-то рядом, не давая себя распознать.

– Тебе не нравится этот зал? – тихо прозвучал над ухом голос Первого, сумевшего в этот раз подкрасться незаметно.

– Очень нравится, – задумчиво отозвалась Дисси, пытаясь вернуть спугнутую им мысль, почти догадку, но не сумела и, вздохнув, вспомнила, куда они вообще-то шли. – Мы будем жить здесь?

– Нет, до ваших комнат придется еще немного пройти, – вежливо отозвался Старший, пытаясь угадать, как скоро она докопается до правды.

Уж больно задумчивый у неё был взгляд, когда она подозрительно молча рассматривала украшавшую этот зал резьбу.

Хотя… завтрашнее утро расставит все по местам. И возможно… у неё уже не будет времени на догадки. Ничего не будет.

Комнаты, в которых Первый их поселил, показались Варене великолепными. Еще только когда они, пройдя длинным коридором, освещенным закатным солнцем, врывающимся в овальные окна со стороны внутреннего двора крепости, вступили в уютный зал, она поняла: их ждет нечто необыкновенное.

Да и весь этот зал, с мягкими креслами и диванчиками, с накрытым вышитой скатертью большим столом, окруженным изящными стульями, со сложенным из белого ридийского камня очагом, уже был достоин королевского дворца. Впрочем, Дель так и сказала. А уж спальни, расположенные по разным сторонам от зала, намного превосходили понятие бывшей служанки о роскоши. Не говоря про мыльню, где в выложенную знаменитой куэлянской плиткой лохань можно было лечь в полный рост.