Семь звезд во мраке Ирнеин

 – Сем, да ты просто талант!

И она, чмокнув жениха в нос, помчалась примерять подарок.

– Бини! – окрикнул её командир. – А больше тебе ничего не нужно? Деньги, замок?

– Зачем? – фыркнула девушка уже от дверей в спальню. – У меня муж золото!

Гордый таким ответом Сейдрегес немного посомневался, идти за ней или остаться, но любопытство пересилило, и он не тронулся с места, не забывая посматривать на дверь, за которой скрылась невеста.

– Ну, кто следующий? – поглядывая на активно шепчущуюся парочку, спросил Первый.

– Я, – покраснев, сообщила Варена, которую в чем-то настойчиво убеждал Кайтадис. – Я тоже решила… свадьбу. Но… поскольку Кайт не хочет жить в королевстве… а я не люблю деревню… ещё маленькую комнатку здесь, в крепости.

– Одна из этих комнат – твоя! – указав на спальни, немедленно решил Айтер. – Вторая Бини. Третья – Ким, если она решит выйти замуж.

– Мне пока никто не предлагал, – холодно отозвалась воительница.

Рьялдрис покраснел, вскочил со стула и встал перед девушкой.

– Кимелия… – выдавил из себя хрипловатым от волнения голосом инлин. – Если ты согласишься… я буду… самым лучшим мужем… хотя… понимаю… что…

Он совсем растерялся и сник.

– Стоп! – оборвала его признания Дисси, поняв, что дело нужно срочно брать в свои руки. – Нам понятно, почему ты так волнуешься, Рьялд. Ким действительно редкая девушка. Но не расстраивайся раньше времени, сначала узнаем её ответ. Кимелия, согласна ли ты выйти замуж за этого скромного, но достойного парня?!

– Да, – краснея не меньше жениха, прошептала Ким.

– А на свадьбу с нами в компании согласна?

Гейденус поразился такой настойчивости женщины. Она ведь их буквально принудила к женитьбе, девушка вовсе не выказывала особого желания.

– Да, – еще ниже опустила голову Ким, не желая, чтобы кто-то видел её слезинки.

Она ведь уже совсем перестала надеяться, что найдётся на свете мужчина, которому она понравится не за происхождение или приданое, а за характер и поступки. Не говоря уже о том, чтобы он понравился ей.

Однако не был при этом простым крестьянином или наёмником. Вбитые с детства правила крепко сидели в сознании графини. Как и превратившееся почти в уверенность убеждение, что ей на роду написано оставаться в старых девах. Ведь даже немногочисленные служанки, неустанно обсуждавшие на кухне их дома хозяйские проблемы, всегда жалостливо поглядывали на девушку, забегавшую взять на тренировку бутыль квасу, и иначе как перестарком меж собой не звали.