Семь звезд во мраке Ирнеин

Само, собой, описание и даже рисунки каменной крепости, врезанной в одну из неприступных скал, запирающих тесное ущелье, в котором бился диким зверем ледяной поток, видели многие. Но одно дело плохонькая картинка, нарисованная по памяти каким-то возницей, и совсем другое – собственные глаза. Которые как раз в такой темноте и не могли оценить всей красоты и отлично продуманной защищенности этого места. Лишь некоторые путницы, торопливо выпив купленное в Лизяках зелье, дающее возможность видеть во тьме, сумели разглядеть обложенную каменными бортами узкую дорогу, ведущую к крепости.

Да крепкие металлические ворота, распахнутые настежь.

Карету и повозки, в которых разместили всех до единой наёмниц перед последним отрезком пути, охранники пропустили вперед, и они первыми въехали в свободный двор крепости. Ворота сразу же закрылись за последней повозкой, и несколько высоких мужчин, в одинаковой одежде и с кожаными масками на лицах, предложили женщинам пройти в приготовленное для них помещение.

С собой велели взять лишь самые ценные вещи, остальной багаж им принесут.

У Дисси никаких ценных вещей не было, кроме баула маркизы, в который она уместила свои запасы травы да несколько мелких личных вещичек. Письма, которыми так дорожила погибшая дама, лежали там же, на самом дне, завернутые в простенький платок. Во второй руке знахарка несла сундучок принцессы, которая, отказавшись от помощи подруг, упрямо хромала рядом с ней. Единственное, что девушка не доверила никому, был висевший на её спине арбалет да кожаный колчан с болтами, пристегнутый к поясу.

Впрочем, без оружия из кареты не вылез никто. Даже Варена сжимала в здоровой руке один из своих клинков.

Их подвели к узкой металлической дверце в глубине двора, и один из мужчин пошел вперед, зажигая по пути висящие на стенах светильники. Женщины с опаской ступали за дверь, в которую можно было пройти только по одному, и оказывались в тесном и длинном коридоре, вырубленном прямо в скале.

Пройдя цепочкой по коридору, несколько раз резко менявшему направление, женщины оказались в просторном помещении, заставленном сбитыми из простых досок топчанами. На топчанах лежали меховые одеяла, посреди комнаты стояло несколько таких же грубо сколоченных столов и скамеек. В одном углу виднелась деревянная же дверь, но никаких окон не было и в помине. Помещение освещали развешанные по стенам светильники, которые сопровождающий зажег от своего факела.