Семь звезд во мраке Ирнеин

Ну, говори.

– О чем говорить? – слишком увлеченно расправляя на коленях подол подаренного Вареной платья, буркнула Бини.

– Откуда ты знаешь, что Сем здесь? Они же все вроде в масках!

– Мне он сам… – нехотя призналась Бини.

– Еще утром. Я гулять пошла… когда обнаружила, что дверь открыта.

– А он навстречу шел. Наклонился… вроде поднять что-то… и протягивает… цветочек. «Это не ты потеряла?» – спросил.

– Бини! С чего ты взяла… это мог быть совершенно другой мужчина?!

– А голос?! И потом… он мне каждый день такие приносил.

Вот как! У них уже дело до цветочков дошло, а она и не заметила! А эти-то! Каковы интриганы! Свободно разъезжают по стране… а тут маски нацепили! Чтоб их никто не узнал! Но… с другой стороны… это даже неплохо, раз не хотят, чтоб узнавали, значит, есть надежда вернуться. А ведь какие слухи ходили про изагорцев! И страшные они, и черные, глаза огнем горят!

– Дисси… ты чего молчишь? Или обиделась… что я сразу не сказала?!

– Ничего я не обиделась! Просто думаю. А про них я еще раньше догадалась, потому и готовить не пошла.

– Фу! Какой он мой! Да и не нужен мне вообще никакой парень! – заспорила Бини, но тут знахарка подтолкнула её ногой, призывая замолчать.

– Пойдем еще погуляем, – так, чтобы услышали подошедшие к скамье женщины, предложила она, и они снова направились к воротам.

К обеду в крепость прибыл второй обоз. Женщин стражи вежливо попросили уйти в свою комнату, и Дисси первой послушно направилась к железной двери, делая вид, что совершенно не замечает разочарованного взгляда, которым её проводил из-под навеса повар, прятавший голову под кожаным шлемом-маской.

Приехавшие, так же как и они вчера, постояли кучкой у входа и начали размещаться. Многие женщины из первого обоза, занявшие с вечера по целому топчану, начинали понимать, как не правы были, сочтя, что второй обоз разместят в другой пещере.

– Устраивайтесь на топчанах по трое, – объявил страж, приведший путниц.

– А кто устроился по три с половиной, получит приз?! – нахально уставясь в прорези маски, лукаво поинтересовалась Варена, вышедшая из мыльни.

На только что умытом личике девушки наконец-то появился нежный румянец, её зеленые глаза искрились затаенным смехом. Страж попытался что-то сказать, но так и не нашелся, развернулся и быстро вышел из помещения. Преследуемый звонким девичьим смехом.