Семьдесят пять шагов к смерти

— Вы предоставляли бизнес-план?

— Какой план? Зачем план? Зачем СССР — пять лет план, семь лет план? Зачем бумажки? Бумажки на стол не поставишь, по рюмкам не разольешь, другу не подаришь! К чему бюрократия — цифры, росписи, туда-сюда? Есть хороший виноград — как слеза ребенка, честное слово. Есть старики, которые секрет знают, чтобы вино живым было, чтобы по жилкам огнем разошлось. Зачем мешать доброму делу? Там есть какие-то бумаги, но надо смотреть друг другу в глаза. Я вижу — ты хороший человек. Ты видишь — я хороший человек.

Ты веришь мне, я верю тебе. Глаза скажут больше, чем какие-то планы. Мы ударим по рукам, и все будет хорошо.

Игорь Олегович перебирал бумаги в папке.

— Но я не вижу здесь согласований, отводов территорий под строительство завода, протоколов о намерениях с торговыми сетями. Хотя бы предварительных. Обычно нам предоставляют…

— Будут деньги, будут согласования. Хочешь — завтра будут!

— Я не могу пропустить этот кредит.

— Боюсь, вы не сможете его обеспечивать. Вы получите деньги и лопните…

— Зачем так говоришь? Я мужчина, ты мужчина, зачем говорить «лопнешь», что я, обжора какой? Если я обещаю, я сделаю.

Это дело моей чести. Могилами предков клянусь!

— К сожалению, это недостаточно. Я должен увидеть экономическую целесообразность…

— Слушай, твои работники смотрели, читали. Один читал, другой читал, третий… Все читали! Все сказали «да», сказали «хорошее дело», один ты говоришь «нет»! Зачем так говоришь? Зачем обижаешь? Мы к тебе со всей душой, а ты про какие-то планы.

Нехорошо так. Подпиши бумагу, будь добр, и мы станем друзьями. Мой дом будет твоим домом, приходи когда хочешь, живи, жену приводи, детей приводи, друзей приводи, ешь-пей. Зачем мне отказывать? Меня все просили: езжай, Сурен, договорись с хорошими людьми. Ты старый, ты мудрый, ты сможешь. Я со всеми договорился, все мне друзья. С тобой хочу договориться.

Кивнул. Двухметровые молодцы вскочили, положили на стол увесистый сверток. Пододвинули.

— Подарок. От меня тебе. От всего сердца.

Люди просили. Сказали: дай ему, чтобы он гостинцы родственникам купил. Чтобы дом купил. Машину купил. Чтобы жили они дружно и счастливо. А мы в тот дом в гости придем, вино принесем. Так люди просили. Зачем им отказывать, зачем обижать?

— Не надо. Заберите. — Игорь Олегович аккуратно отодвинул от себя сверток.

— Отказываешь? Не веришь мне? Считаешь, Сурен — обманщик? Зачем позоришь мои седины? Что я людям скажу? Как домой приеду?

Двухметровые молодцы нахмурились.