Семья для мажора

Я летал один, потому что Даниле не было еще и года. Теперь я дико об этом жалею. Я бы хотел, чтобы они полетели в ту поездку со мной, потому что я задержался там на два месяца. Навестил пару друзей, прокатился по стране на машине. Аня не возражала, но я все равно чувствую себя мудаком. Именно поэтому вылетел домой на три недели раньше.

Оставлять ее одну, в то время, как сам нахожусь на другом континенте, было для меня все равно, что пилить себе палец. Плюс ко всему я хотел, чтобы она увидела своими глазами все, что видел я, ведь это была моя первая поездка в Штаты.

Когда вернулся, я просто трахал ее четыре дня подряд. Везде, где мог до нее дотянуться. В постели, в душе, на кухне, даже во дворе нашего дома. Удивлен, что она не залетела во второй раз, хотя я старался быть очень аккуратным.

— Я хочу спеть песенку… — ковыряя свою игрушку, сообщает сын.

— Валяй, — сворачиваю с трассы и съезжаю на укатанную в отличный асфальт дорогу.

Через пять минут пути по обе стороны от дороги начинают появляться первые коттеджи.

Загнав в ворота машину, достаю сына из кресла, подхватив подмышками, и ставлю его на ноги. Сам он из моей машины не выберется, она слишком высокая для него.

У нас есть няня, но у меня отпуск, так что, сняв рубашку и оставшись в одних шортах, я валяюсь на диване и смотрю хоккей.

Данила разносит нашу гостиную.

Сначала строит шалаш из подушек, потом потрошит ящик для кастрюль на кухне, которая совмещена с гостиной.

Отключаю кондиционер, боясь, что его продует.

Бардак вокруг меня множится, как снежный ком.

Когда солнце начинает клониться к закату, мой пацан залезает на диван и хнычет:

— Когда мама придет?

Перевернув руку, смотрю на часы.

Я нафиг без понятия, когда она придет. На часах половина девятого вечера.

Мы успели приготовить на гриле бургеры и съесть их.

И ему уже пора спать.

— Утром, — округляю для него информацию.

— А где она? — капризничает он.

— Пьет, — отвечаю честно.

— Ага, — не вдаюсь в подробности.

Протянув руку, обхватываю крошечную лодыжку и тяну его к себе. Под звонкие писки пересчитываю ему парочку ребер, и он заряжает мне пяткой в плечо. Понимаю, что игры пора сворачивать, и делаю попытку готовится ко сну. Она безуспешная.

Я знаю, что когда дело касается воспитания сына, у вибратора яйца больше, чем у меня.

Присев на пол рядом с его кроватью, кладу локти на согнутые колени, пока Данила тихо сопит в полумраке.

— Папочка… — лепечет.