Семья Звонаревых. Том 1

– Нам нужна Звонарёва Варвара Васильевна, – тихо, но внятно послышалось из-за двери.

«Кто же это может быть? – встревожено подумала Варя. – Уж не жандармы ли в самом деле?»

– Зачем она вам? – спросила Варя.

– Подойдите ближе к двери, чтобы не кричать, – попросили её.

– Да, я слушаю, – ответила Варя, прижавшись ухом к холодным доскам.

Из-за двери глухо проговорили:

– Один из наших товарищей тяжело ранен… Нужна помощь… Он находится верстах в тридцати отсюда, на заимке… Мы просим вас поехать с нами, помочь или даже спасти его.

Варя почувствовала, как страх овладевает ею.

– Не могу! – ответила она. – Утром я должна быть на разъезде тысяча пятьдесят шестой версты. Там меня ждёт тяжелобольной.

– Не вздумай, однако, открывать им! – долетел с чердака предостерегающий шёпот. – Варначье, язви их хитрое, обмануть тебя хотят…

– Варвара Васильевна, я убедительно прошу вас, – проговорил мужчина за дверью.

– Ночью никуда я не поеду, – твердо ответила Варя. – Идите к главному врачу Гусеву, он живет при больнице.

– Нам нужны вы, а не Гусев, – настойчиво повторил мужчина. – Мы просим вас помочь нам… От имени Ивана Герасимовича… – чуть слышно добавил тот же голос.

«Иван Герасимович! – мелькнуло в её голове. – Уж не тот ли это Иван Герасимович, о котором Блохин говорил?»

– Я не знаю никакого Ивана Герасимовича, – тихо проговорила Варя.

В эту минуту она больше всего боялась попасться на провокацию. Кто знает, может быть, жандармские шпики получили из Петербурга задание выяснить её связи с революционерами? Словно угадав её опасения, мужчина, стоявший по ту сторону двери, произнес:

– Варвара Васильевна, разве Филипп Иванович не просил вас передать Крылову привет от Ивана Герасимовича?

– Какой Филипп Иванович? – с нарочитым недоумением спросила Варя.

– Ну Блохин, Филипп Иванович Блохин, – чуть слышно донеслось из-за двери.

«Будь что будет!» – решила Варя и, уже не сомневаясь, что там, снаружи, её ждут друзья Блохина, она быстро начала открывать крючки и отодвигать засовы.

– Свят, свят, – забормотала в ужасе Домра Романовна над её головой. – Пропали наши бедные головушки!

Варя рывком открыла дверь.

– Заходите! – смело бросила она в темноту.

На пороге появилась массивная фигура человека в овечьем тулупе и пушистой папахе. На его бороде, мохнатых бровях и ресницах поблескивал лёд. Шагнув в переднюю, он снял пушистую папаху и повернулся лицом к свече:

– Не узнаёте? – Из-под мохнатых заиндевевших бровей смотрели умные серые глаза.