Семья госпожи Аннари (СИ)

— А есть что-то, что она ела с большим аппетитом, чем остальное? Что-то такое, что она ест не каждый день?

— Первое, что приходит на ум — мандарины. В Гатре их не продают, но те, что я привезла из Маутерне, ей очень понравились.

— А какие подарки вы ей дарите?

— Из Маутерне я привезла ей украшения с кошачьей мордочкой. Недорогие, так что не страшно, если потеряет.

— Точно. Дети обычно много бегают и играют, поэтому легко могут терять вещи. Спасибо за подсказку… Я слышал, в Гатре открылись новые детские площадки.

Как думаете, Татине понравится, если мы сходим туда все вместе? А как она относится к прогулкам по воде? Я могу покатать её на яхте. Или может быть, показать ей дворец?

То, что он озабочен мыслью понравиться моей дочери, мне очень импонирует. Хочется быть счастливой, но и счастье дочери для меня тоже важно. Если она не примет Шардена, даже не знаю, что буду делать.

Улыбаюсь:

— Завтра после обеда мы вернёмся в Гатр. Как раз открывается кондитерская, так что завтра я буду занята.

Да и других дел уже накопилось. Через два дня у дочки День рождения, и мы будем праздновать его в кругу семьи. А вот потом можем и сходить на детскую площадку. Насчёт остального лучше спросить у неё… Вы же не возражаете против того, что я работаю? Мне бы не хотелось выбирать между работой и отношениями.

Шарден улыбается:

— Я не из тех мужчин, кто считает, что женщины созданы лишь для того, чтобы рожать детей и сидеть дома. Если вы это имели в виду.

— Какое облегчение!

— Если честно, мне кажется, что каждому нужно любимое дело.

Если этим делом является рождение и воспитание детей — здорово. Если хочется иметь собственное дело и работать — тоже здорово. Главное, чтобы занятие приносило удовольствие.

— А что вам приносит удовольствие?

— Мне нравится быть полезным. Зимой я помогал истреблять волков. Мы с вами встретились во время одной из таких поездок.

— Я помню. Вы спасли мне жизнь. Ещё раз огромное спасибо!

— Я рад, что успел. И потом разглядел, кого спас. Вы были красивы, словно прекрасное видение.

Нет, вы и сейчас красивы, ни на капельку не стали хуже, — поправляет себя он. — Но тогда я увидел вас и растерялся. Наплёл какой-то ерунды и уехал. Уже потом сообразил, что нужно было настоять на том, чтобы проводить вас до дома. Нужно было хотя бы узнать ваше имя… Я и в Гатре из-за вас остался. И не представляете, как обрадовался, когда увидел в тот день, что вы осматриваете соседний дом…

— А я думала, вы меня не запомнили.