Семья. Измена. Развод

Я не останусь. Нет. С тобой поеду, — резко поднимаюсь на ноги. В голову ударяет едкая боль, колени подкашиваются, и я падаю обратно на диван.

Кусаю нижнюю губу, потому что боль, становится просто невыносимой. Будто одновременно в голову вонзилось сотни тысяч игл.

— Тебе лучше остаться. Выпей успокоительное.

— Я поеду, — предпринимаю еще одну попытку встать, но уже более медленно.

Князев, видимо, осознавший, что я просто так не сдамся, все же помогает мне подняться на ноги. Крепко удерживает за плечи.

— Ты вот-вот снова потеряешь сознание.

— Я справлюсь, Миша. Поехали.

Миша медлит. Рассматривает меня пристально.

— Ладно. Но пообещай мне, что останешься в машине. Хорошо?

Киваю в знак согласия. На месте будет видно.

Через двадцать минут мы останавливаемся у больницы. Жадно впиваюсь глазами в парадный вход. Сердце, буквально на секунду замирает, а потом возобновляет удары уже с новой силой. Я чувствую колоссальное облегчение. Потому что всю дорогу боялась, что мы едем в морг. Не уточнала у мужа специально, не могла просто.

— Сиди тут. Слышишь?

— Я с тобой, — пытаюсь увязаться за Мишей, но он заталкивает меня обратно в машину.

— Пожалуйста, останься в машине.

Князев выглядит неважно. Сам бледный, нервный. Убитый морально.

Я до ужаса хочу ему перечить. Выгрызть для себя шанс пойти с ним, но послушно киваю и откидываюсь затылком на подголовник.

Наблюдаю за тем, как фигура мужа исчезает за дверьми. Низ живота снова болезненно тянет. Приоткрываю рот, зажмуриваюсь, прижимая ладонь к месту боли.

— Все будет хорошо. Все хорошо, — дышу. Марк найдется. Я это знаю. Знаю же…

Миша возвращается через пятнадцать минут. Мрачнее тучи.

Смотрю на него и понимаю, что не осилю, не переживу правду. Если с Марком что-то случилось, я умру. Сама умру там, рядом с ним.

— Не Марк, — Князев мотает головой и крепко сжимает руль. — Другой мальчик. В реанимации. Состояние тяжелое. Хотел перебежать дорогу, попал под машину.

Миша моргает и поворачивает голову.

Сглатываю. Не Марк. Это не Марк!

— Боже…

Миша упирается лбом в руль, сидит так неподвижно. Проходит минута, за ней еще одна.

Боже мой, родители этого ребенка сойдут с ума, когда узнают. Я бы сошла. Точно бы сошла. Я и сейчас схожу. Марк где-то там. Он один. Ему страшно…

Всхлипываю.

Миша отрывается от руля и резко откидывается на спинку сиденья.

Смотрит прямо перед собой. Мы теряем драгоценное время, хоть и не знаем, где искать сына.