Семья. Измена. Развод

Но если докапываться до деталей… Выходит, что есть.

— Может, это какой-то стокгольмский синдром, м? Бывает же такое.

— Слушай, я особо не в курсе ваших отношений была, мне Князев никогда не нравился. Отталкивает. Холодный какой-то, как рептилия. Но со стороны и правда легко верилось, что вы прям любящая пара. Такая крепкая, дружная семья.

— Мне нужно было поступать в театральный, — улыбаюсь, но чувствую горечь на губах. Потому что впервые за все время задумываюсь, а где именно была игра?

Я ведь все словно по инерции делала.

Выверенно. Знала, что сказать, как посмотреть, обнять, улыбнуться. Мне не приходилось прилагать усилий, чтобы поддерживать разговоры. Говорить про нашу семью, шутить о Мише, какие-то мелкие факты о нем рассказывать. Я же все это знала. Не заучивала специально, а просто знала.

Он меня бесил. Дико раздражал. Временами хотелось его убить. Просто подсыпать яда.

Только вот после того, как все это закончилось, целой я себя все равно не чувствую. Никакой не чувствую. Есть свобода, но понимания, что теперь делать, нет.

Я слишком долго жила в неволе…

— Светила бы сейчас лицом с каждого экрана.

— Ага, покорила бы Голливуд, — поддерживаю Светкины шутливые предположения.

— Эмигрировала бы.

— Получила бы Оскар, — откровенно смеюсь уже.

А какова вообще вероятность, что все могло бы сложиться именно так? Театральный, карьера, слава. Отсутствие мужа, детей, семи лет странного брака…

Один к миллиону?

— Познакомила бы меня с Брэдом Питтом, — Светик мечтательно вздыхает, впрочем, как и я.

— Вы когда летите, кстати?

— Послезавтра. В обед вылет.

— Вдвоем?

— Нет. Мама моя еще. Она сама предложила помощь. А я подумала, что отказываться не стоит. Не хочу весь отпуск скакать за Марком вприпрыжку, раньше это Миша делал. А у меня сейчас ресурса на это совсем нет. Постоянно хочу спать и есть.

— А скоро их таких будет два.

— Я все еще верю, что девочка будет поспокойнее, — глажу живот. — Я в детстве очень хотела старшего брата. У нее вот будет Марк. Так боюсь недодать им любви теперь, когда их двое будет.

— Ты справишься. Я в тебе уверена.

— А ты…

— Что?

— Как Женя относится к детям?

— Нормально. Даже закидывал удочку съездить в детдом.

— А ты?

— А я боюсь. Антипов меня, кажется, перепрошил. Не уверена, что вообще теперь ребенка хочу. Нет, вру. Хочу, но боюсь. Так сильно боюсь, Дашка.

— Ты бы стала прекрасной мамой.

— Девчонки, вы в дом возвращаться планируете?

— Да, мам, — кричу ей в ответ. — Уже идем. — Поворачиваюсь к Свете.