Тогда у нее не было того, кого можно было просить о помощи…но не сейчас.
Со своего места шурин кажется, не вставал.
— Сделай перерыв.
— А! — Эдвард вздрагивает и поднимает свои сияющие от энтузиазма глаза. — Юнис, ты вернулась! Все в порядке?
— Да, — не могу сдержаться и подхожу, чтобы взъерошить и без того взлохмаченную копну шелковистых золотистых волос на голове младшенького. — Как учеба?
— Здорово! Я столько узнал! Как… твои дела?
— Видела твою сестру.
— А… — жизнерадостный тон сменяется на равнодушие.
Это тоже не хорошо. Не только со мной, мне хотелось бы, чтобы и друг с другом у них были хорошие отношения. Ладно, я чужой человек, но ведь они родня. И никого, кроме друг друга, у них нет.
Эд снова утыкается в книгу. О Фелисии он не спрашивает. Ну, как хочешь, расскажу сама.
— В бумагах, которые мы нашли у дворецкого, — плечи парня вздрагивают, я заметила, нет смысла скрывать свою реакцию; юный маг еще не оправился от этой травмы. — Много всякого. Не только про покушения на Рейнарда, Фелисии с Джаредом тоже достанется.
Юноша не поднимает голову, но видно, как он напрягся.
Я продолжаю, внимательно следя за его выражением лица:
— Парень Фелисии совсем не такой, как она думает. Он жадный и опасный. Я боюсь, что с твоей сестрой может скоро случится беда. А твой брат Джаред… — я вздыхаю."
"— Ты знаешь, что случилось пару месяцев назад на его службе в рыцарском ордене? Нет, не знаешь. Я тоже не знала. Нашла в бумагах из сейфа, что старшие рыцари и командование плохо с ним обращается.
Дают невыполнимые поручения и приказы, а потом ставят ему в вину. Это сильно пошатнуло его эмоциональное состояние. К тому же, гибель товарища во время учений…и Джаред был тогда рядом с ним, он винит себя и даже ходил к отцу друга просить прощения, хотя его вины нет. На фоне всего у него развилось расстройство пищевого поведения, и он набрал лишний вес. Тренировки стали еще невыносимее. Атмосфера среди рыцарей этого ордена оставляет желать лучшего.
Эдвард моргает.
В какой-то момент моей речи он неосознанно поднял глаза и слушал так, словно я говорила о нем. Не отрывал взгляд от сидящей напротив меня, руки на книге сжал так, что проступили вены.
Джаред не сможет быть сильным вечно. Однажды он сломается. Но никто не понесет ответственность за доведение до самоубийства. Рыцари будут и дальше махать мечами, день не перестанет сменять ночь, ничего не изменится, просто на одного книжного персонажа станет меньше.
