Сентиментальная история

— У меня потрясающие новости, Лиз! Сидя на корточках, Элизабет смотрела на сестру снизу вверх. Ей пришло в голову, что Джессику никто никогда не застал бы в такой неэлегантной позе. Потому что она — Джессика. Если у нее из рук выпадет книжка, рядом обязательно окажется какой-нибудь парень, готовый услужить.

— Какие новости, Джес?

— Что-нибудь про бал?

— Увидишь! — И она помчалась дальше, но обернулась на ходу и бросила:

— Лиззи, золотко, встань с пола, умоляю. Я просто умру, если кто подумает, что это не ты, а я.

«Прикуси язык, — сказала себе Элизабет. — Не произноси ни слова. Убийство в Калифорнии все еще карается законом!»

Она собрала учебники и поднялась. Прошла почти полкоридора и вдруг вспомнила, что не взяла у Джессики ключи от машины, — так сестрица опять рассердила ее.

В полдень, когда президент клуба старшеклассниц «Пи Бета Альфа» уже открыла рот, чтобы прочитать список вновь принятых членов, Джессика наклонилась к Элизабет и прошептала:

— Тодд, кажется, хочет пригласить меня на бал «Фи Эпсилон».

Элизабет почувствовала, как внутри у нее что-то оборвалось. На глаза навернулись слезы.

— Элизабет Уэйкфилд. Поздравляем! — громко объявила президент. — Элизабет, ты где? Подойди сюда и встань рядом со своими вновь обретенными сестрами.

Все повернулись в ее сторону. Наверное, думают, что она плачет от радости. Усилием воли заставила себя встать, не взглянув на Джессику. Она никогда не скажет ей, какие чувства питает к Тодду. И никогда не будет стоять у нее на пути — но видеть сейчас Джессику было выше ее сил.

Она уже сделала шаг, но Джессика остановила ее, дернув за рукав.

— А я как же? — свистящим шепотом спросила она. — Меня ведь еще не назвали.

Президент общества продолжала:

— Кара Уокер, поздравляем!

Джессика неохотно захлопала в ладоши, Кара была ее подругой.

Элизабет остановилась в проходе рядом с сестрой. Она не выйдет вперед, пока не назовут Джессику. В конце концов, она и вступить-то в клуб согласилась ради нее.

Объявили Билу Фаулер, еще одну подругу Джессики.

Приняли даже Инид Роллинз, подавшую заявление только для того, чтобы составить компанию Элизабет. Элизабет громко аплодировала своей лучшей подруге. А имя Джессики все не называли. Ведь не могли же ее забаллотировать? Джессику, капитана команды болельщиков, красавицу Джессику, которую все так любят?

Наконец с особенно довольной улыбкой президент произнесла:

— Джессика Уэйкфилд, последняя в списке, но не в жизни.