Сентиментальная история

Джессика прикусила губу и промолчала.

— Парень катится по наклонной плоскости, — с необычной для нее горячностью произнесла миссис Уэйкфилд, и лицо ее потемнело.

Джессике показалось странным, что ее мать так рассердилась. Это было на нее совсем непохоже. Последние две недели мама часто раздражается. Может быть, оттого, что они с папой так много работают и совсем не видятся? Но папа не скучает, он проводит вечера с Марианной Уэст.

Сидят иной раз допоздна. А Марианна Уэст — красивая женщина и, более того, свободная.

Мысли Джессики перепутались. Бедная мама! Она тоже подозревает?

— Что-то ты слишком наряжаешься. В библиотеку заниматься так не ходят, — заметила Элизабет, наблюдая, как ее сестра вертится перед зеркалом. За обедом вид у Джессики был таинственный, как будто она знает какой-то секрет.

Джессика накрасила губы и отступила, чтобы хорошенько рассмотреть себя в зеркале. Потом повернулась к Элизабет и лукаво улыбнулась, ее глаза озорно блестели.

— Дело в том, что я и не собираюсь в библиотеку, — призналась она шепотом.

— А куда же ты, Джессика?

— У меня свидание. — Джессика снова повернулась к зеркалу и принялась рассматривать себя, не скрывая восхищения. — Как ты думаешь, с этой юбкой лучше надеть красную блузку или новую желтую рубашку?

— Джес, ты не ответила! — Элизабет почти кричала. — С кем у тебя свидание? Джес игриво ответила словами Рика:

— Я знаю, а тебе еще предстоит узнать. Лиз нахмурилась. У нее появилось ужасное подозрение, с кем у Джессики сегодня свидание.

Она не отрываясь смотрела на Джессику, взволнованную предстоящей встречей. Ей казалось, сердце у нее не выдержит и остановится.

Она была уверена, что Джессика идет на свидание с Тоддом.

— Ты опоздала, — сказал Рик, нетерпеливо нажимая на газ, как только Джессика села в машину. Он оглядел ее всю своими темными, тяжелыми глазами и добавил:

— Однако я не зря ждал.

Джессика была рада, что завила волосы и надела облегающую красную блузку. Она даже выпросила у сестры новые черные босоножки на высоких каблуках, которые так шли к ее черной шелковой юбке. Сидя рядом с Риком, обнимавшим ее одной рукой за плечи, она чувствовала себя совсем взрослой.

— Извини, Рик, — запыхавшись, сказала она. — Никак не могла вырваться раньше.

— Пустяки. У нас впереди весь вечер, солнышко.