— Ты не представляешь, как я сегодня опозорилась!
Маринка смотрит на меня с поощрением:
— Что там у тебя успело стрястись? Еще только половина первого.
— Я встретила Раевского в пижаме! — начинаю я сумбурно. — Ты не представляешь…
— Раевский был в пижаме? — уточняет Марина. Она быстро захлопывает книгу, очевидно, я смогла завладеть ее вниманием.
— В пижаме, чтоб ее, была я!"
"— Успокой меня, скажи, что она не похожа на гидрокостюм, — она хватается за сердце театральным жестом.
— Какой гидрокостюм? — возмущаюсь я. — Жара тридцать пять градусов! Шорты и топик! Я потом в зеркало посмотрела: соски просвечивают! Я не зна…
— Погоди, — опять перебивает меня Марина. — где ты успела уже встретить Раевского в топике на босу грудь?
— Дома. Где еще я могу быть в пижаме, мать? Это ужа…
— Да где угодно ты в ней можешь быть, законодательно не запрещено, — Маринка остается невозмутимой, пока из меня плещут эмоции. — Ты с интриги не сворачивай.
Что ты делала с Раевским утром у себя дома?
— Кофе ему не давала! — огрызаюсь я. — Что ты меня все время перебиваешь?
— Потому что ты все интересное пропускаешь, например, как не давала. Я жажду подробностей.
Я вздыхаю, собираюсь мыслями и объясняю весь ужас ситуации:
— Он приехал забрать токен с подписью, а я спросонья вообще не соображаю! Открыла ему дверь, в чем была. Кто ж знал, что Князь самолично в такую рань притащится! Ты посмотри, во сколько он мне позвонил!
Я сунула ей под нос свой мобильник со списком вызовов.
Князь — 5:45.
Князь — 6:00.
Князь — 6:15.
— А почему Князь? — интересуется Маринка.
— Девки наши на работе так его прозвали. За фамилию. Мол, дворянская.
— Среди князей Раевских не было, — опровергает тут же Маринка.
В девичестве Юсупова, она много времени потратила, пытаясь установить, относится ли ее семья к роду тех самых Юсуповых, и на князьях российской империи она собаку съела.
— Да какая разница? Лучше, чтоб Царем звали? Я его имя с утра три раза вводила, все три раза с опечатками. Назвали же его родители так неудобоваримо! Князь — быстро и понятно.
— Ну, хорошо. Он приехал, а там ты с сосками и токеном. В чем позор-то? Что не дала… кофе? Да, некрасиво получилось. Негостеприимно, — веселится подруга. — Я тоже думаю, что надо было дать.
Я тыкаю ей пальцем под ребра.
