Ни за что! Пускай увольняет! Подумаешь! Найду другую работу. А если не получится сразу, на следующий платеж по ипотеке займу у мамы или Маринки.
— Одна, — уже чувствую его напряжение.
Да какого хрена он вообще заставляет меня принимать такое решение? Почему я должна всем жертвовать, просто потому что у него в штанах задымилось?
— Ваш выбор, Елизавета Валерьевна?
— Первый вариант, — озвучиваю неожиданно для самой себя.
— Скажите мне это в лицо. Мы заключаем сделку. Озвучьте условия, на которые вы согласились, — он что хочет унизить меня?
Я резко разворачиваюсь:
— Я согласна всю ночь выполнять ваши желания в обмен на новую должность в финансовом отделе, Егор Кириллович.
Даже не пытаюсь скрыть злость. Раевский выглядит удовлетворенным. Не удивительно. Все же идет так, как он хочет.
— И после выполнения сделки вы никак не будете о себе давать знать и искать дальнейших встреч. Исключая, конечно, рабочие моменты, — подводит он черту.
— Согласна.
О, можете не сомневаться, Егор Кириллович! Видеть вас не желаю.
— Собирайтесь. Выезжаем через пять минут.
Мы спускаемся в лифте в полной тишине. Я стою от Раевского так далеко, как это позволяет кабина, но все равно физически чувствую его взгляд, как если бы он прикасался ко мне.
На парковке Раевский открывает мне заднюю дверцу. Я знаю, что Раевский ездит с водителем и мне очень не хочется, чтобы Николай Иванович видел, что я еду куда-то с боссом после работы. Слухов не оберешься.
Но Раевский предусмотрителен. Водителя он отпускает и сам садится за руль.
Я даже выдыхаю от облегчения. Мне не нужно свидетелей моего позора. И тут же давлюсь нервным смешком. Надо же! Какая честь! Сам Князь будет моим шофером.
Со своего места мне видно немного профиля Раевского, сильную руку, лежащую на руле, и глаза в зеркале заднего вида.
И взгляды, которые он на меня бросает, накаляют атмосферу еще больше. На перекрестках взгляды длятся дольше, они гипнотизируют меня.
Мы молчим. И молчание становится все гуще.
Мысли мои начинают метаться.
В голове сплошной сумбур. Зачем я согласилась? Кому я хочу что-то доказать?
Если бы меня сейчас пытала Маринка, я бы даже ей не призналась, что, когда Раевский озвучил свое возмутительное предложение, во мне вспыхнуло удовлетворение. Все-таки он меня хочет. Не просто решил проучить, хочет так, что не собирается ждать.
Может, хоть узнаю, каково это? Страсть как в книжках? Никогда не считала себя фригидной, но подобного умопомрачения от себя не ожидала.
