Глава 19. Чаевые
— А он мне нравится, — выслушав меня, подытоживает Маринка.
От неожиданности я захлебываюсь кофе, и оно идет у меня через нос.
— Что? — обалдеваю я. — Это тебе коньяк так ударил в голову?
Приехавшая подруга сразу оценивает зелень моего лица, достает из сумки бутылку коньяка и щедро доливает содержимое мне в чашку с остывшим кофе. На все мои возмущения, что еще только первая половина дня, она невозмутимо отвечает, что для меня сейчас самое подходящее время.
Прошел час с ее появления, и мы пьем уже третью чашку кофе, а коньяк все не кончается.
— На, вытрись, — протягивая мне салфетку, ржет она.
— Совсем с ума сошла со своими любовными романами?
Вот не зря учительница биологии в школе рассказывала, что алкоголь горячим запивать не стоит.
— Мне, конечно жаль, что ты так расстроена, и что он тебя обидел, наверно…. Хотя это спорно. Но надо отдать ему должное: мужик захотел, мужик взял. Такое по нынешним временам не так часто встречается.
Хотя того, что он козел, это, конечно, не отменяет, — поясняет свою позицию Марина.
— Обидел? — не верю я своим ушам. — Он мне угрожал увольнением! Да он меня использовал!
— И что тебе не понравилось? Ну, если отбросить вводные. Ты бы хотела повторить ночь?
— В постели он бог. Лучше у меня не было, — качаю я головой и, вспомнив некоторые моменты, чувствую, как внутри что-то сладко вздрагивает. — Хотя… Не знаю.
Трудно оценить. Я еще никого так не хотела.
— Ты часом не влюбилась? — уточняет подруга."
"Я прислушиваюсь к себе. Вроде при мысли о Раевском никаких романтических позывов нет. Только злость на себя и на него. Злюсь я сильно. Настолько, что в сердцах разрываю салфетку, которую все еще держу в руках.
— Не похоже, — пожимаю плечами.
— А говоришь, что он бог секса, — удивляется она.
— А этот тут при чем? — возмущаюсь я. — Я должна отдать ему сердце в обмен на перепихон?
— Ну, мы женщины часто влюбляемся после секса, — пожимает плечами Марина.
— Особенно после хорошего секса.
Да уж, оргазм как часть ухаживания. Но повторно анализирую свои эмоции. Да нет, это никакая не влюбленность, это совсем другое…
— Вроде бог миловал, — произношу с облегчением, но этот вывод открывает мне глаза на другое. — Вот, я даже не по любви. Я — шлюха!
— Да успокойся ты! — хихикает Маринка.
