Это сложно объяснить тем, кто не вкушал амброзии во время пиров Яшмового Дворца или не посещал плодовых садов Двора Звезда и Рассветов. Слишком сложно, чтобы понять не знавшим…
Но, с другой стороны, богу будет проще понять, что такое — человеческая еда.
— Ульви! — Дархан окликнул одну из девушек, идущих в сторону сенокоса.
Молодая, пышногруда и с такими же пышными бедрами, дочь кузнеца. Мать и отец, наверное, зачали её в печи, потому что волосы у девушки были даже не рыжие, а почти красные, как раздутый уголь в горне.
А с самого первого крика, они кормили её молоком самой молодой и сильной коровы, потому что она была такой, что в деревню приезжали свататься со всей округи.
— Да, дядя Дархан!
Но, увы, всех их ждало лишь одно — разочарование и неудача.
— Есть яблоко?
— Конечно! Поймаешь?!
— Кидай!
Ульяви не любила мужчин. Им она предпочитала других девушек. И это была тайна, которую случайно, у того самого ручья, подглядел Дархан. Не специально, разумеется. Просто так вышло.
И с тех пор, Ульяви стала ему хорошей собеседницей и спутницей, когда последнему хотелось прогуляться до горного кряжа.
Аппетитное, зеленое яблоко пролетело по воздуху и приземлилось прямо в раскрытую ладонь Дархана.
— Спасибо! — выкрикнул он.
Ульви помахала ему в ответ своей пухлой ручкой и отправилась дальше по делам.
— Держи, — Дархан протянул яблоко Абендину.
— Что это, Черный Генерал.
— Яблоко.
— Яблоко… я вижу, что это за плод, Дархан! Зачем ты мне его протягиваешь?!
— Чтобы ты попробовал.
— Я ел яблоки из сада Звезд и Рассвета! Неужели ты думаешь, что какое-то смертное яблоко может сравниться с фруктами оттуда?"
"— Конечно не может, — кивнул Дархан, а затем вновь удивил уже обрадованного согласием Абендина. — оно несравнимо лучше.
Абендин прищурился.
— Ты лжешь.
— Ты ведь знаешь, Первый Воин, что я никогда не лгу.
И Абьендин знал это. Черный Генерал действительно никогда, никому и ни в чем не лгал. Это было ниже его чести и достоинства.
Два качества, которые были понятны и знакомы Первому Воину.
— Ну ладно… — тот осторожно надкусил и, уже спустя мгновение, выплюнул с отвращением. — Что за гадость ты мне подсу…
— Ты неправильно это делаешь, — покачал головой Дархан. — сосредоточься, Абендин. Позволь пелене лжи отойти на второй план. Откройся этому яблоку так, как если бы это была… была… настоящая битва.
— Битва? Меня с яблоко?
— Тебя, с ложью Седьмого Неба.
