Иронию судьбы, насмешку, которая эхом доносится из глубокого прошлого.
— Лес Элифрейм… — вдруг протянул демон. — когда-то давно, друг мой, здесь протекала река Элиф. Полноводная, берущая свои истоки из самой Рубиновой Горы, она рассекала дно давно уже высохшего океана. И, казалось бы, простая маленькая речушка, но на деле… на деле она была последним свидетелем той мощи, которой некогда обладал умерший океан. Его наследницей… наследником, если быть точнее.
Хаджар понял, что Хельмер рассказывает ему историю этого леса и замер.
Он чувствовал, насколько ему необходимо узнать эту легенду. Только пока не знал почему и зачем.
— Реку называли Элиф. Со старого наречия это переводится как Синяя Нить. Так именовал себя и её дух. В облике юноши он часто появлялся на берегу. Ему нравилось рисовать… и так получилось, что в один день мимо проходила девушка. Она не была прекрасна, но её волосы… они сверкали в ночи подобно звездам. А Элиф любил звезды. Они казались ему огнями, которые бороздят небесную реку. Прекрасную и свободную.
Не имеющую ни начала ни конца.
Хельмер поднялся с трона и, выпрямившись, придерживая шляпу, запрокинул голову и устремил взгляд единственного глаза на ночное небо.
— Её звали Рейм, — продолжил он. — и эта история, друг мой, проста так же, как и все другие истории. Эта история о том, как мужчина полюбил женщину, а женщина полюбила мужчину. История, старая, как Рим.
Хаджара нисколько не удивило Земное выражение, прозвучавшее с уст Хельмера. Демон недоговаривал гораздо больше, чем делился.
— Вот только есть закон, мой друг. Ни один дух не может иметь ребенка плоти и крови со смертной женщиной или мужчиной. Ибо ребенок тот будет обладать силой необычайной и великой. И это тот закон, который священно блюдут демоны, фейри и боги… — Хаджар слушал и запоминал. Хельмер же стоял столпом и не сводил взгляда с неба. О чем думал древний демон? Что творилось в его душе, если таковая у него было. — У демонов нет друзей, Хаджи. Но Элиф… он был простым. Не добрым и не злым. Он был рекой.
Просто был…
Звенел ветер в кронах притихших деревьев. Смолкли птицы и цикады. Сверчки закончили свои трели. Даже, казалось, костер замедлил бесконечный танец огненного хаоса.
Как если бы лес вздохнул. Печально и тоскливо.
— Я убил его быстро, — Хельмер прикрыл шляпой глаз и отвернулся. — так же быстро, как и его беременную жену. Он понимал, что его ждет, но все равно… глупец… не знал, как работает этот мир… — рой черных комочков страха поднялся, образовывая арку.
