— если мы задержим посольство или, еще хуже, предъявим претензии, оппозиция правящей партии Рубиновой Горы мгновенно этим воспользуется. И не думаю, что ваш отец обрадуется осложнившейся политике с нашим основным поставщиком в то время, как внутри страны…
Син’Маган промолчал. Все драконы были осведомлены о том, что Семь Империй теперь знают, что они не абсолютно свободны в своей мелкой междоусобной возне.
И, более того, что эта самая возня за последние десятилетия все быстрее утихала, а слухи о том, что некто “Белый Клык” собирает армию повстанцев, становились лишь громче.
И как бы ни был силен Рубиновый Дворец, но сражаться на два фронта, учитывая угрозу со стороны фениксов, затея сродни самоубийственной.
— Вы забываете про самое важное, — Таш, беря слово, сделала это в буквальном смысле. Она поднялась с места и тяжело оперлась на стол. Снежные рыбки, появившиеся на его поверхности из-за приставленного к краю мечу, закружились вокруг её когтистых пальцев. — Никто из дозорных не заметил убийцу фениксов.
— На они и убийцы, моя дорогая Таш, — Шиах’Мин позволил себе недвусмысленную улыбку, от чего руки к оружию потянулись у всех Маган и, даже, у Хаджара. — чтобы их не замечали. Но, как и твой брат недавно согласился со мной, я могу признать твою правоту. Сомневаться в моих артефактах и заклинаниях, расставленных вокруг привала и в относительной пригодности людей, Сина не приходится.
Склоки между аристократий… замените человека на дракона, дракона на лягушку, но эта тенденция никуда не исчезнет.
— А значит…
— А значит убийца, все это время, был среди нас, — впервые за все время знакомства, Эзир действительно внесла дельную словесную лепту. — только непонятно, почему именно сейчас, да и вряд ли бы феникс смог ты затесаться в наши ряды, чтобы мы его не заметили.
Хаджар едва было не поперхнулся. В том, что “в ряды драконов мог затесаться” любой мало-мальски подготовленный адепт, сомневаться было глупо.
Пример отдельно взятого человека на лицо.
— Это мог быть не только феникс, — поправил Хаджар.
— оружие, которым нанесли удар — кинжал убийц Пепельного Гнезда. Но рука, в которой он лежал, могла принадлежать кому угодно."
"— Даже тебе, полукровка? — прищурилась Эзир.
— Даже мне, — кивнул Хаджар. — но у меня есть алиби.
— Что…
— Человеческое слово, — тут же среагировал Хаджар. — означает — меня видели в другом месте, когда совершалось убийство.
— Подтверждаю, — хором грохнули Таш с Сином.
Шиах’Мин показательно втянул ноздрями воздух.
