Хаджар отшатнулся.
Спину прошиб холодный пот. Пальцы слегка дрожали, а самому Хаджару казалось, что он тонет.
Первую строку ему часто говорила родная мать — Королева Элизабет. Когда они навещали могила бабушки и дедушки по отцовской линии, то она, оставляя на надгробиях полевые цветы, шептала эту строку.
Вторая же фраза, про южные ветра, принадлежала его учителю — Южному Ветру.
Человеку… человеку, которого пригласила во дворец его родная мать. Человеку, который пожертвовал всем, что у него было, чтобы отыскать юного принца.
Отдал собственную жизнь.
И, как бы Хаджар не любил старого Мастера, обучавшего его мечу, но тот остался служить Примусу… И так поступил бы любой слуга. Ибо короли меняются, а слуги остаются.
— Как… кто…
— В этой старой песне есть и продолжение, Северный Ветер, — синие глаза гиганта встретились с такими же принадлежащими Хаджару. — перья ветра ворота откроют и руки с когтями дитя заберут. С душой половины и взглядом старинным, они к воронью его приведут.
Хаджар вспомнил слова Хельмера.
Демона, который, как выяснилось недавно, оберегал Хаджара те долгие годы, что он провел в мире Земли."
"— И дважды рожденный с нерожденным схлестнутся и старая песня закончит свой ритм, — по щекам великана вдруг протекли две дорожки слез. — если ты здесь, дважды рожденный Северный Ветер, значит последний король уже проснулся, а древние стены рухнули.
И, будто из-под пелены тумана, Хаджар вдруг увидел девушку, стоявшую рядом с белым львом или тигром. Зверь застыл во мраке бесконечной вселенной.
Созданный из света, с глазами в виде вселенных, а когтями — лучами далеких звезд.
Именно так Хаджар увидел, впервые, Хранительницу, которая стерегла Мир Духов. Места, к которому его привел Степной Клык.
И её слова вновь прозвучали в голове Хаджара:
“Зачем ты пришел сюда, Северный Ветер? Время пасть Горе Черепов еще не пришло. Время горшечника еще не пришло. Пламя еще сокрыто в углях. Горн не пропел свою песнь. Не рухнули древние стены. Не распались цепи.
Не проснулся Последний Король. Так зачем же ты пришел?”
А затем Хаджар вспомнил слова Древа Жизни.
О том, что его погибелью станет тот, кто не был рожден.
— Когда-то, маленький ребенок, мы были сильны, — продолжал шептать великан. — наши песни звенели по всем четырем мирам. Мы, стражи Горы Черепов, несли свою службу и…
— Горы Черепов? Места, где закован первый из Дарханов?
— Именно, — гигант хотел было кивнуть, но цепи ему не позволяли.
